Китай меняет внешнюю стратегию: что изменит проект "Один пояс, один путь"

Виктор Константинов, для Европейской правды _ Пятница, 19 мая 2017, 10:56
Версия для печати Комментарии

Прошедший на прошлых выходных в Пекине саммит "Один пояс, один путь" не просто открыл новый этап в истории самого амбициозного экономического проекта в истории КНР, но и показал амбиции Китая на мировое лидерство.

Саммит, собравший в Пекине 29 президентов и глав правительств, показал: влияние этого проекта не ограничится экономикой. Он ведет к трансформации внешней политики Пекина.

"Один пояс, один путь" следует рассматривать в нескольких ракурсах. Во-первых, это целая россыпь инфраструктурных проектов. Часть из них уже реализуется, еще большее число - в планах ближайшего будущего.

И речь идёт не просто о расширении географии китайской активности в мире.

В случае успеха нынешних инициатив Китай сможет играть системообразующую роль во всей Евразии.

Пока его проекты в основном сконцентрированы в Юго-Восточной и Южной Азии, в традиционном ареале китайской внешней политики. Но в перспективе опорой китайской инициативы станут транспортные коридоры, ведущие из Китая в Европу.

И саммит уже обозначил движение в сторону Центральной Азии, Закавказья, Восточной Европы, Ближнего и Среднего Востока. Значит, в недалеком будущем влияние КНР станет здесь таким же привычным фактором региональной политики, каким сейчас является роль США, ЕС или России.

Во-вторых, меняется подход КНР к осуществлению экономической политики. Она предполагает не только экспансию на существующих рынках, но и создание новых, прежде всего, в странах, расположенных вдоль транзитных маршрутов.

Совокупные инвестиции в рамках "Одного пояса, одного пути" оцениваются в колоссальные суммы: от 2 до 3,5 триллионов долларов.

 

Собственно китайские вложения также огромны. Только два примера. Порядка $12,5 млрд Китай инвестирует в создание транспортного узла, опирающегося на порт Гвадар в Пакистане и связывающего этот порт железнодорожными и автомобильными трассами с северо-восточным Китаем.

Еще около $5,5 млрд КНР и китайские частные инвесторы выделят на сооружение железной дороги Ботен - Вьентьян в Лаосе. А ведь есть еще вложения, не связанные непосредственно с транспортной инфраструктурой. В своем выступлении на саммите Си Цзиньпин заявил, что

за последние три года китайские инвестиции в страны, присоединившиеся к инициативе, составили около $50 млрд. В ближайшие годы Пекин планирует эту сумму утроить.

Долгосрочные инфраструктурные вложения КНР потребуют совершенного иного подхода к защите инвестиций. Китай не будет довольствоваться ролью важного торгового партнера.

Пекину нужны "акции" в региональных политических проектах, участие в решении проблем международной безопасности и рычаги воздействия на политическую ситуацию в странах-партнерах. Без гарантий последовательности политики последних рисковать миллиардами Китай не станет.

Уже сейчас по всему пространству "Одного пояса, одного пути" Китай создает новые или усиливает существовавшие механизмы политического диалога: с АСЕАН, с Россией, Турцией, Казахстаном, Монголией, Вьетнамом, Венгрией и другими.

 

Все более заметным становится интерес Китая ко внутриполитическим процессам в странах Евразии: новые, долгосрочные интересы вынудят Пекин играть в столицах своих партнеров такую же роль, какую играют, к примеру, США, и пользоваться теми же приемами и инструментами (лоббированием, грантами, "мягкой силой" и жестким политическим давлением).

В-третьих, для успешной реализации поставленных задач Китаю придется пересмотреть некоторые давние принципы своей внешней политики.

"Один пояс, один путь" предполагает создание десятков новых дипломатических форматов, подписание сотен соглашений, заключение тысяч явных и тайных договоренностей. Все эти шаги изменят политическую ситуацию в Евразии. Следовательно, политика по реализации инициативы окончательно подтвердит: Китай - глобальный игрок, активный и самостоятельный.

Современное китайское руководство окончательно порывает с тактическим ходом, сделанным в начале реформ Ден Сяопина: сосредоточиться на внутренних реформах, не ввязываться во внешнеполитические авантюры, не потакать великодержавным амбициям.

Для доктрины "китайской мечты", провозглашенной Си Цзиньпином сразу после прихода к власти, конвертировать успехи реформ в подобающий международный статус — цель такая же важная, как и продолжение экономического роста или борьба с имущественным расслоением в стране.

Свидетельством другого важного сдвига в китайской политике стало отсутствие на саммите представителей Индии. У Дели есть немало поводов опасаться китайской активности, но, пожалуй, самый существенный связан со строительством Каракорумского шоссе.

Это участок пакистанского транспортного коридора проходит по территории Кашмира. Индия продолжает считать Кашмир своим - и несмотря на это, Китай принял решение о значительных инвестициях в спорные территории. Это может говорить о пересмотре позиции КНР в вопросе национального суверенитета и территориальной целостности.

Еще недавно Пекин был категоричен — любое вмешательство в дела суверенного государства, совершаемое вне рамок Устава ООН, недопустимо. Оно не может быть оправдано ничем, даже гуманитарной катастрофой или систематическими нарушениями прав человека.

Похоже, в этой доктрине также происходят изменения, и

Китай станет проявлять большую гибкость: защищать суверенитет третьих стран, когда это выгодно, или же признавать изменение границ, когда того будут требовать китайские интересы.

В перспективе это может быть опасным сигналом и для Украины.

Оценивая масштаб мероприятия, а также инициативы, озвученные в Пекине, некоторые эксперты отметили, что Китай начал движение на Запад. Это совершенно справедливо в географическом плане — саммит задал вектор китайской экспансии на ближайшие десятилетия, и в ее сферу попадает не только вся Азия, но и Европа.

Однако про сближение Китая с Западом как политическим явлением говорить не стоит. Нынешний проект — политический едва ли не в большей степени, чем экономический.

Его успех гарантирует КНР место ключевого центра силы в современном мире. Но для того, чтобы успеха добиться, Пекину понадобиться максимально сохранять автономность своей политики — значит, выстраивать и реализовывать собственную глобальную повестку, оппонируя Западу.

"Один пояс, один путь" - проект, несомненно, глобализационный, но это — китайская глобализация. И она может оказаться чуждой Западу ничуть не меньше, чем был и остается китайский коммунистический проект.  

 

Автор: Виктор Константинов,

доцент Института международных отношений

Киевского национального университета имени Тараса Шевченка

ЧИТАЙ ТАКЖЕ
powered by lun.ua


Анатолий Марциновский, Европейская правда

Скунс-проблема для власти: война с антикоррупционерами стала мировой

Проблема давления на общественных активистов получила гарантированное место в повестке дня отношений Киева с ЕС. О ней будут напоминать украинской власти по любому поводу. Киеву стоит прекратить делать вид, что ничего не происходит.

Катерина Кульчицкая, "Европа без барьеров"

За границу "по-старому": почему идея Петра Порошенко угрожает безвизу

Возобновление выпуска старых загранпаспортов – откат реформы. Это может стать для ЕС юридическим поводом инициировать процедуру приостановления безвизового режима для Украины. Недопустимо ставить под угрозу безвиз для всех наших сограждан...


АВТОРИЗАЦИЯ


ВОЙТИОТМЕНИТЬ
Вы можете войти под своим акаунтом в социальных сетях:
Facebook   Twitter