ЕСПЧ признал нарушение Россией права собственности в связи с изъятием земель в Севастополе

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) признал, что Россия нарушила права собственности и право на справедливое судебное разбирательство в деле об изъятии земельных участков у владельцев в оккупированном Севастополе.

Об этом говорится в решении суда по делу "Баженов и другие против России и Украины", вынесенном в четверг, с которым ознакомилась "Европейская правда".

Дело касалось отмены российскими оккупационными властями в 2015–2017 годах прав собственности на земельные участки, которые ранее были законно переданы в частную собственность украинскими властями.

Российские власти вернули эти земли в государственную собственность, заявив, что они относятся к землям лесного фонда и поэтому не могли быть приватизированы.

ЕСПЧ единогласно установил нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Европейской конвенции о правах человека (защита права собственности) в отношении четырех заявителей. Трое из них были лишены самих земельных участков, а еще одна заявительница – средств, полученных от продажи своего участка.

Также суд признал нарушение статьи 6 § 1 Конвенции о праве на справедливое судебное разбирательство в отношении четырех заявителей.

В решении отмечается, что российские "суды", рассматривая законность первоначальной передачи земель, ссылались на якобы нарушение украинского земельного законодательства лишь для того, чтобы обосновать последующую отмену права собственности на основании российского законодательства и судебной практики.

ЕСПЧ пришел к выводу, что решения об аннулировании права собственности и возврате земель в государственную собственность не были законными.

Кроме того, суд признал необоснованными решения российских "судов", которыми одну из заявительниц обязали возместить другой средства, уплаченные за спорный земельный участок.

Напомним, 22 сентября ЕСПЧ проведет устные слушания по делу о пропавших крымских детях.

В мае ЕСПЧ не удовлетворил жалобу двух граждан о нарушении их прав в оккупированном Крыму в части, касающейся претензий об отсутствии эффективного расследования со стороны Украины, при этом подтвердив нарушения со стороны России.