Украина и ЕС: вместе или врозь? На газовом фронте гибридной войны

Среда, 2 июля 2014, 14:50 — Михаил Гончар, для ЕвроПравды

Два газовых кризиса в отношениях России и Украины в 2006 и 2009 годах, казалось бы, должны были побудить Брюссель и Киев наработать механизм предупреждения конфликтов в энергетической сфере. Однако этого не случилось.

Результат закономерен – Европа входит в третий газовый кризис.

И хотя сейчас газ из РФ не получает только Украина, некоторые руководители в Брюсселе чувствуют, что следующим шагом Москвы – по сценарию 2009 года – станет прекращение поставок газа в ЕС. Тем более, что Россия этого намерения и не скрывает.

Некоторые – но не все.

Почему-то в Брюсселе не обратили должного внимания на высказывание российского президента Владимира Путина, сделанное им сразу после посещения Нормандии 7 июня.

Тогда прозвучал практически ультиматум Европе: "Если кто-то захочет решать проблемы энергетического снабжения Украины на основе реверсных поставок, то он ошибается... Если мы увидим, что кто-то нарушает наши контракты по поставкам газа, мы будем сокращать объемы, и физических объемов топлива на европейском рынке будет просто недостаточно".

Подобное заявление должно было вызвать немедленную реакцию Брюсселя, вплоть до объявления санкций против России, но там опять сделали вид, что ее не услышали.

Более того, комиссар по вопросам энергетики Гюнтер Эттингер – сознательно или неосознанно – практически поощрил кремлевских агрессоров к эскалации на "газовом фронте", поскольку заявил, что "санкции в отношении газа и нефти должны быть в самом конце списка санкций против России".

В Европе начали волноваться только после того, как РФ с 16 июня прекратила поставки газа в Украину.

Однако где-то в глубине брюссельские бюрократы тешили себя надеждами, что такое поведение России касается исключительно Украины, ведь последняя задолжала "Газпрому" огромную сумму.

Между тем следующий газовый ультиматум из Москвы не заставил себя ждать.

Он, как и было обещано, касался реверсных поставок газа в Украину с территории соседних стран ЕС.

"В перспективе наступит момент, когда мы будем вводить ограничения на поставки газа в направлении тех приграничных газоизмерительных станций, где будет зафиксирован реверс, со всеми вытекающими последствиями для европейских компаний", – заявил 27 июня глава "Газпрома" Алексей Миллер.

Эти слова не остались незамеченными в Брюсселе – там сразу вспомнили нормандский "ультиматум Путина". Европейская комиссия в присущей ей манере назвала угрозы Миллера "абсолютно неприемлемыми".

Похоже, в Брюсселе все же почувствовали, что Россия просто ищет повод для прекращения поставок газа в ЕС.

Кстати, параллельно "Газпром" готовит общественное мнение к тому, что Украина, оставшись без российского топлива, вот-вот начнет "тырить" его из транзитного потока. Конечно же, в таких обстоятельствах "Газпром" будет вынужден прибегнуть к прекращению поставок газа в Европу.

Украину же обвинят во всех газовых проблемах на линии поставок Россия – Украина – ЕС. Так же, как это было в 2006 и 2009 годах.

Что делать в таких обстоятельствах? Могут быть предложены механизмы, которые бы позволяли четко идентифицировать причины и виновников газовых кризисов? Есть ли добрая воля для решения проблем энергетической безопасности через многостороннюю кооперацию? Попробую дать ответы на эти и другие вопросы.

Ретроспективный анализ

Все мы хорошо помним масштабный газовый кризис 2009 года и знаем, кто остановил поставки в те дни.

Знают об этом и брюссельские чиновники.

Однако официальный Брюссель до сих пор оставляет без ответа ключевой вопрос: что же имело место в январе 2009 года – прекращение поставок газа со стороны РФ или прерывание транзита со стороны Украины?

Из соображений политкорректности (но в ущерб объективности!) Еврокомиссия избегала и до сих пор избегает разъяснений по этому поводу, довольствуясь констатацией факта: "В ночь с 6 на 7 января все поставки из России через Украину в ЕС были приостановлены. Поставки газа из России в Европу отсутствовали с 7 по 20 января".

А поскольку ЕС отказывается признавать Россию виновником прошлого кризиса, это стимулирует российскую сторону к дальнейшему использованию "газового оружия".

Между тем определенное объяснение такой позиции Европы существует.

В 2009 году европейские компании, правительства стран-потребителей российского газа и Европейская комиссия не имели полной, объективной и задокументированной картины движения газовых потоков.

Эта картина должна была бы базироваться на данных инструментального контроля. Но проблема в том, что трансграничной системы объективного контроля движения газовых потоков просто не существует.

Вывод прост: можно констатировать необходимость создания такой системы.

Ее задача – исключить возможность возникновения газовых кризисов в будущем. Или же, как минимум – создать многосторонний механизм раннего предупреждения о них и режим прозрачности, что позволит всем заинтересованным сторонам получать объективную информацию.

Сейчас без такой системы в распоряжении Европы есть лишь интерпретация фактов и событий разными участниками. Иногда – сознательно искаженная.

Что имеем?

На сегодня в Европе существует лишь механизм раннего предупреждения (МРП) энергетических кризисов, на скорую руку разработанный в 2009 году на уровне Россия – Еврокомиссия и введенный путем подписания соответствующего меморандума.

Анализ меморандума свидетельствует о следующем:

  1. Не предусмотрено использование средств объективного контроля движения энергетических потоков. Всю информацию, которая будет циркулировать в рамках механизма в случае возникновения или угрозы чрезвычайной ситуации, предполагается получать не от автоматизированных измерительных станций, а от субъектов МРП – координаторов, уполномоченных, тематической группы, группы экспертов, специальной группы мониторинга и т.д.
  2. Между тем информация, базирующаяся исключительно на "человеческом факторе", не может считаться однозначно достоверной, поскольку не может быть проверена средствами объективного контроля.
  3. Предлагаемый МРП довольно громоздок и сложно организован. Меморандум не является международным договором и не создает прав и обязанностей сторон, регулируемых международным правом. Это делает ценность меморандума и эффективность применения МРП весьма сомнительной.

Можно отметить, что Россия создала МРП, который устраивает, прежде всего, ее саму. Фактически, это механизм манипулирования.

Он не способен предотвратить или урегулировать газовые кризисы, аналогичные тем, которые имели место в 2006 и 2009 годах. Поэтому оптимальный вариант заключается в создании в панъевропейском масштабе нового механизма прозрачности движения газовых потоков. Он должен обеспечивать определение места возникновения проблем, своевременное предупреждение и урегулирование кризисных явлений.

Необходимо также предусмотреть механизм эффективного трехстороннего онлайн-диалога по линии "поставщик – транзитер – потребитель".

Трое в одной лодке

Еще во время украинско-испанских переговоров в Мадриде на уровне министров иностранных дел, состоявшихся 10-11 января 2010 года, Петр Порошенко, занимавший на то время пост главы МИД, поднял вопрос о создании механизма раннего предупреждения энергетических кризисов в трехстороннем формате Россия – Украина – Европейский Союз.

Испанский министр иностранных дел Мигель Моратинос (как представитель государства, председательствовавшего тогда в ЕС) отнесся к предложению украинского коллеги с интересом.

Во время своего визита в Москву 12 января 2010 года и переговоров с главой МИД РФ Сергеем Лавровым Моратинос поднял данный вопрос. Лавров в целом одобрительно воспринял эту предложение. Следует отметить, что российский министр и ранее высказывался вполне в конструктивном духе о создании механизма на трехсторонней основе.

Для предупреждения перерывов в поставках энергоресурсов в будущем и неиспользования энергетической инфраструктуры как средства ведения "энергетических войн" должна быть инициирована система мер доверия, похожая на ту, которая действовала в 1970-80-е годы в военной сфере.

Обеспечение стабильности и безопасности в Европе, процесс сокращения вооруженных сил и вооружений произошли благодаря созданию режима доверия, основанного на информационном обмене. В том числе, на обмене достаточно чувствительными данными (численность, структура вооруженных сил, типы и виды ОиВТ, дислокация). Также была инсталлирована сеть связи для оперативного обмена информацией, связанной с выполнением согласованных мер доверия.

Из опыта имплементации Договора об обычных вооруженных силах в Европе и контроля за соблюдением сторонами фланговых ограничений известно, что обмен информацией и сообщениями обеспечил повышение уровня прозрачности.

Так должно быть и в энергетической сфере, поскольку энергоресурсы и инфраструктура их доставки становятся средствами ведения гибридных войн. Это, собственно, уже демонстрирует агрессия РФ против Украины.

Режим прозрачности трансграничных газовых потоков

Есть основания считать, что эффективным механизмом усиления энергетической безопасности на Европейском континенте может стать провозглашение и имплементация Режима прозрачности движения трансграничных газовых потоков, который должен охватывать всю технологическую цепочку – от добычи до потребления энергоносителей.

Прозрачность цепочки "добыча – транспортировка – потребление", собственно, и должно создать режим доверия – подобный тому, что был создан в военной сфере.

А взаимное предоставление доступа к телеметрической информации относительно физических параметров движения потоков энергоресурсов способствовало бы увеличению прозрачности. На начальном этапе может быть запущена онлайн-система мониторинга телеметрических данных, которые поступали бы с соответствующих газоизмерительных станций по взаимному согласованию сторон.

Ежесуточно параметры, касающиеся только количественных показателей физического перемещения газовых потоков, должны предоставляться, фиксироваться и сравниваться всеми сторонами.

В перечне не фигурируют коммерческие или финансовые показатели, то есть коммерческую тайну этот подход не нарушает.

По сути, речь идет о двух параметрах: рабочее давление и суточный объем прокачки газа. Указанные параметры должны быть доступны всем сторонам технологической цепочки "добыча – транспортировка – потребление".

И речь идет не только о российском газе. Например, эта система должна работать на маршрутах:

- РФ – Украина – ЕС;

- Туркменистан – Казахстан – Россия – Украина – ЕС (в случае транзита центрально-азиатского газа в Европу традиционным путем);

- Азербайджан – Грузия – Турция – ЕС (в случае реализации проектов TANAP и TAP).

Сопоставление параметров дает возможность выявить проблемный участок на всем пути перемещения газовых потоков от скважины до потребителя и четко установить ответственного в случае нарушения газового трафика.

Еще летом 2009 года группой украинских неправительственных организаций (центр "НОМОС", центр "Стратегия XXI", Киевский международный энергетический клуб "Q-Club") было инициировано предложение режима прозрачности в виде инициативы Европейской газовой транспарентности. Она была адресована Еврокомиссии и секретариату Энергетической хартии.

Офис еврокомиссара по энергетике Гюнтера Эттингера сначала положительно отреагировал на предложение. Также нами были выработаны дополнительные предложения в рамках проекта, реализованного при поддержке Офиса связи НАТО в 2010 году.

Однако из года в год – с тем, как газовый кризис 2009 года уходил в историю, – интерес Европы спадал.

Сейчас или никогда. Совместно или врозь?

Сейчас, когда Европа вступает в третий газовый кризис – подходящее время начать практическую работу по прозрачности трансграничных газовых потоков.

Фактически Украина уже начала совместно с Европейской комиссией движение в направлении повышения прозрачности газового сектора. Прежде всего, следует отметить вступление НАК "Нафтогаз Украины" в систему отображения данных AGSI+ по стандартам Ассоциации европейских операторов подземных газовых хранилищ (GSE). Украина первой из стран, не являющихся членами ЕС, присоединилась к этой системе. (Ознакомиться с тем, что есть в наших и ЕСовских ПХГ, можно здесь: http://transparency.gie.eu.com)

Также "Нафтогаз" информирует европейскую сторону об объемах транзитных потоков российского газа по территории Украины.

Это особенно важно сейчас, на фоне очередных разглагольствований "Газпрома" о том, что Украина вот-вот начнет воровать газ. Мол, если и не сейчас, то осенью – уже точно.

Но проблема Украины заключается в том, что в ЕС немало тех, кто склонен верить российской пропаганде.

Следовательно, выход для нашей страны заключается в обеспечении большей прозрачности движения газовых потоков. Но это не должно быть односторонним движением, нам нужно своим примером заставлять и нашего партнера (ЕС), и врага (Россию) действовать так же прозрачно.

Надо отдать должное Секретариату Договора энергетической хартии (ДЭХ) в Брюсселе, который начал соответствующие дискуссии еще в марте 2014-го. Генеральный секретарь ДЭХ Урбан Руснак хорошо знает, что такое газовый кризис, поскольку ему пришлось быть в эпицентре событий в январе 2009 года, когда он занимал должность посла Словацкой Республики в Украине.

К сожалению, мартовские дискуссии в Брюсселе не дали достаточного толчка к быстрому инициированию Режима прозрачности.

Все тонет в бюрократических процедурах.

Следует обратить внимание на заявление Урбана Руснака от 16 июня в связи с прекращением Россией поставок газа в Украину: "В начале марта Энергетическая хартия обращала внимание на риск того, что споры между Россией и Украиной могут повлиять на транзитные потоки в Европу. Создав группу, я предложил Энергетическую хартию как платформу для обмена информацией и повышения прозрачности транзитных потоков. Я особенно жалею, что моя инициатива по сбору данных о газовых потоках в режиме реального времени не была поддержана заинтересованными сторонами...  Секретариат Энергетической хартии готов предоставить платформу заинтересованным сторонам, Российской Федерации, Украине и Европейскому Союзу, с целью поиска взаимоприемлемых решений".

Откровенное, своевременное и объективное заявление генсека Хартии относительно прекращения поставок газа в Украину контрастирует с официальной реакцией Договора энергетического сообщества (ДЭС).

Ее, как таковой, практически нет, и это странно, ведь Россия не является членом ДЭС, чтобы блокировать его деятельность. Тогда как Украина является членом ДЭС, более того – наша страна сейчас председательствует в сообществе.

Вывод один – нам необходимо активно действовать, не полагаясь на "добрую волю" ДЭС, ведь механизм энергетической солидарности практически не действует.

Украина сделала еще один шаг к прозрачности. "Укртрансгаз" заявил о готовности предоставить официальным европейским наблюдателям доступ к украинским газоизмерительным станциям для проведения мониторинга за транзитом природного газа по территории Украины.

Однако, каких только наблюдателей и из каких организаций не присылай, при таких подходах человеческий фактор остается доминирующим. Прозрачность можно обеспечить только путем создания системы объективного (инструментального) контроля, где, образно говоря, человеческие руки не будут лежать на потоках данных.

Поэтому нами и была предложена инициатива Режима прозрачности трансграничных газовых потоков (РПТГП), которая базируется на онлайн-мониторинге физических параметров их движения. Введя такой режим, можно будет в реальном времени определить, где возникает проблема.

Если, например, давление упало в трубопроводе на территории России, то это "Газпром" проводит какие-то манипуляции с ГТС (а может, произошла авария), а не Украина ворует газ. Если на экране монитора оператор увидит падение давления только в Украине, то проблема именно там.

Благодаря этому режиму исчезает пространство для манипуляций и газпромовской пропаганды а-ля "тырят газ".

Почему Россия будет противиться такому режиму прозрачносту – вполне понятно, но почему ЕС недостаточно поддерживает его – неясно.

Имплементацию РПТГП можно начинать на добровольных началах. Провозглашение и имплементация режима прозрачности отвечали бы принципам Европейской энергетической хартии, II Газовой директивы ЕС (№2003/55/ЕС от 26.06.2003 г.), в частности, закрепленному в этих документах принципу транспарентности функционирования газового рынка.

Пилотным мог бы стать проект в формате Украина-ЕС с перспективой подключения других стран, что создавало бы дополнительное давление и на Россию.

Поэтому ЕС, Украина и международные организации, такие как Договор энергетической хартии, должны предпринять скоординированные усилия, чтобы "принудить к миру" кремлевскую газократию, которая вовсю разворачивает газовый фронт гибридной войны.

И эта война – не только против Украины, как считают в Европе.

Противостоять этому можно только сообща, в одиночку каждый обречен на поражение. Именно на это и рассчитывает "газовый властелин" Кремля.

 

Автор: Михаил Гончар, президент центра "Стратегия ХХІ"

Статья является независимым экспертным материалом, подготовленным в рамках информационной кампании "Строим Европу в Украине", которая проводится Представительством ЕС в Украине. Взгляды, высказанные в статье, могут не совпадать с официальной позицией Европейского Союза.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.