Смена мирового тренда. Есть ли будущее у свободной торговли?

Среда, 25 января 2017, 09:32 — , Международный фонд Блейзера
Фото notey.com

Президент Трамп уже приступил к исполнению своих предвыборных обещаний. 

Первое из них - отказ от участия в Транстихоокеанском партнерском соглашении (Trans-Pacific Partnership).

То, что могло быть реализовано как самая большая зона свободной торговли, объединяющая 12 стран, производящих около 40% мирового валового внутреннего продукта, уже "умерло".

Соглашение должно было быть ратифицировано до 2018 года, как минимум 6 странами, которые контролируют 85% ВВП группы. Без США последнее условие физически не может быть выполнено. 

Вместе с этим есть и те, кто начал идти по этому пути раньше и сворачивать с него не собирается. Нет оснований предполагать, что первопроходцы – Новая Зеландия, Чили, Сингапур и Бруней – откажутся от сделки, которую заключили еще в 2006 году. Также вероятно, что к ним могут присоединиться и другие.

Однако это соглашение без США уже не будет иметь такого глобального характера.

Нельзя исключать и то, что в Пекине уже радостно потирают руки. Теперь они – главные в Тихоокеанском регионе. 

Уверенности Пекину добавляет тот факт, что уже вскоре начнутся сверхжесткие переговоры в рамках Североатлантической зоны свободной торговли (NAFTA). А значит, участникам этого соглашения будет не до амбиций Китая.

У них есть дела и посрочнее, и поважнее. Ведь пересмотр условий участия США в NAFTA - еще одно обещание Дональда Трампа.

Выполнить это обещание будет куда сложнее. Североамериканский режим свободной торговли начал действовать в далеком 1994 году и уже давно воспринимается как данность. Поэтому просто так взять и отменить ключевое экономическое соглашение в Западном полушарии будет не просто нелегко, а почти невозможно. 

Однако это вряд ли остановит Дональда Трампа. На что он может рассчитывать?

Риторика о пересмотре NAFTA тесно связана с риторикой возвращения назад в США рабочих мест в промышленном секторе. Но реалии таковы, что с развитием научно-технического прогресса, при тех вложениях, которые США осуществляют в научные исследования и разработки (а здесь они – мировые лидеры), рабочие места все равно вернуть не удастся.

Медленное и постепенное угасание количества рабочих мест в промышленности все равно продолжится. Это объективные реалии, которые никакие дополнительные новые "вводные" в старое соглашение по NAFTA не изменят.

Все это не означает, что новая администрация в Белом Доме не имеет здесь поля для маневра. Оно есть в достаточно обширных границах. 

В начале 1990-х годов не было особенного смысла обсуждать экспорт-импорт цифровых продуктов. Причина была банальна. Их просто не существовало в таких объемах, чтобы обращать на них внимание.

Сейчас времена изменились. И то, что не имело смысла раньше, уже давно имеет смысл. Эта часть должна быть введена в договор.

Здесь у США есть серьезное поле и серьезные интересы. Развитие цифровых технологий, интернета и глобальных знаний позволяют очень многим иметь свою компанию в одной точке земли, а работников – совершенно в другой.

И даже если Украина, в которой рынок аутсорсинга – один из наиболее динамично развивающихся, чувствовала это на своем опыте, то понятно, что это куда более серьезно чувствовали и в США.

Впрочем, это кажется простым лишь на словах.

Куда сложнее создать механизм, за счет которого бизнес можно будет "затащить" назад в США и заставить набирать персонал внутри своей собственной страны.

Еще одно возможное поле для переговоров – это так называемые "правила происхождения" товаров (rules of origin).

Их суть сводится к дополнительной защите, которая прописана для рынка NAFTA. Преимущество беспошлинно провозить свои товары в рамках данного торгового соглашения получает лишь тот, кто производил начальный продукт внутри данной территории.

Нельзя на 90% произвести товар в Китае, потом ввезти его в Мексику, добавить еще 10%, а потом перевезти на рынок США и продать его там.

Внутренний производственный компонент отличается от отрасли к отрасли, но в среднем находится в границах около 60%. Например, для автомобильной промышленности, о которой так много говорил в своей избирательной кампании президент Трамп, этот уровень должен быть не больше 62%.

Возможное поле для переговоров будет состоять в том, что требования к местному контенту будут пытаться увеличить. Вопрос в том, каким должно быть увеличение данного требования и как это вернет рабочие места в США. Но, безусловно, что это будет обсуждаться.

Еще одним полем для обсуждения будет торговля сервисами, в которой США занимает лидирующую роль. Это "достижение" попытаются "зафиксировать" в обновленном договоре. Контуры этой "фиксации" достаточно размыты, но США, вероятнее всего, будут пытаться закрепить это новым регулированием в области сервисов.

В любом случае, США – лидер в этой тройке стран участников NAFTA. Суммарный объем экономик Канады и Мексики это всего лишь около $2,5 триллионов долларов – в 7 раз меньше, чем у США. Это позволяет Вашингтону диктовать свои правила по праву "силы". Даже если это уже не принято в демократических обществах.

Говоря о торговле, стоит напомнить об еще одном обещании Дональда Трампа - строительстве стены с Мексикой. Ответ на данную "инициативу" со стороны Мексики абсолютно ожидаем: "вам надо - вы и стройте".

Однако Трамп хочет заставить мексиканцев заплатить за данный проект. Сделать это он обещает посредствам введения импортного тарифа!

Реализация этого обещания – полное разрушение зоны свободной торговли в рамках NAFTA.

Впрочем, скорее всего, ситуация не дойдет до таких крайностей. Вероятно, поставленных целей команда Трампа будет пытаться достичь более "мягкими" способами.

Предвыборная риторика и инаугурационная речь Трампа были полны идей о снижении налогового бремени для американских предпринимателей.

Совершенно не сложно рассчитать тот уровень налоговой нагрузки при котором предпринимателю в США будет более выгодно разместить свое производство внутри своей собственной страны, даже несмотря на дополнительные издержки по оплате рабочей силы.

И наконец, стоит указать, какие уроки несет новый курс США для малых стран, включая Украину.

1. Даже если экономический договор подписан, но его отдельные положения кажутся неправильными, дискриминационными или спорными, то он может и должен подлежать немедленной ревизии.

В случае с Украиной это относится к части положений соглашения о ЗСТ с ЕС. В будущем это может коснуться и соглашения с Канадой. Это отнюдь не означает, что успех гарантирован, но попробовать все же можно.

2. Если будет происходить передислокация стран-поставщиков, ранее поставлявших на рынок NAFTA и США, то это означает, что могут открыться нишевые позиции для других небольших игроков. Было бы глупо не попробовать воспользоваться ситуацией.

3. Малые экономики вряд ли станут законодателями мировых трендов, но это отнюдь не означает, что надо опустить руки и ничего не делать "плывя по течению".

Этот тренд надо попытаться "считать", "услышать" и "унюхать", чтобы вписаться в него еще на начальном этапе. А не потом, когда все "лакомые куски" уже растащены по "национальным уютным норкам".

И наконец – самое важное.

Ошибаются те, кто считает, что можно замкнуться в рамках своей страны и не торговать. Звезда мировой торговли не закатилась.

Просто она стала светить более "прагматично".

Впереди – создание новых региональных альянсов и союзов, имеющих цель улучшить экономическое состояние.

Публикации в рубрике "Экспертное мнение" не являются редакционными статьями и отражают исключительно точку зрения автора

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua