Между бюллетенем и тюрьмой: как следствие изменило ход выборов президента Франции

Пятница, 10 марта 2017, 15:27 — , для Европейской правды
фото Le Soir

Коррупционный скандал вокруг кандидатуры Франсуа Фийона более полутора месяца затмевал дискуссии по поводу программ претендентов на пост президента Франции. "Снимет или не снимет кандидатуру" – вот вопрос, определявший французскую политическую жизнь в последние недели. Сейчас на него есть ответ: Фийон остался.

Но приближается новая дата: 15 марта кандидату на должность президента (а до недавнего времени – лидеру гонки) могут официально предъявить обвинения.

Но вернемся к началу марта, когда в этой истории наступил критический момент: после старта официального расследования и вызова Фийона к судье ожидалось, что он просто сойдет с дистанции. Тогда начали вслух обсуждать возможность возвращения кандидатуры Алена Жюппе.

Но Фийон обратился к нации с необычно воинственной речью. Он не только не снялся, но и взял популистскую струну: обвинил французское правосудие и СМИ в предвзятости, а всех своих врагов – в желании "политического убийства" не только лично его, но и президентских выборов в целом.

Обладая единственным, но все же аргументом в пользу продолжения борьбы – убедительной победой на праймериз в ноябре, где за него проголосовало около 4 миллионов французов,– Фийон начал строить свою риторику на прямом обращении к "народу", который его выдвинул,

и даже объявил, что действует от имени Франции, которая "больше, чем я и мои ошибки".

Таким образом, он противопоставлял себя системе, истеблишменту и партийной политике. Вопреки собственному обещанию сойти с дистанции при этих условиях, которое он дал ранее – когда не представлял, что скандал зайдет так далеко.

"Народ" превратился в единственное мерило его легитимности: ответом всем критикам должен был стать объявленный массовый митинг сторонников Фийона на парижской площади Трокадеро.

Это был тот момент политической жизни Франсуа Фийона, когда его судьба находилась исключительно в его собственных руках. Никто не мог снять его с дистанции вопреки желанию, поскольку риски внедрения плана "Б" без добровольной отставки считались слишком большими.

Несмотря на все давление, стиснув зубы и дав зарок дойти до конца во что бы то ни стало, Фийон тянул время.

И время сыграло в его пользу.

"Слишком поздно для меня", – дважды повторил Жюппе, в четвертый и последний раз подчеркивая, что не вернется в предвыборную гонку.

Других солидных кандидатов на скамейке запасных "Республиканцев" не оказалось.

Тактика Фийона оправдала себя, хотя и не без существенных потерь.

В отставку, прямо процитировав Фийона и показав его нежелание придерживаться собственных обещаний, ушел глава его избирательной кампании Патрик Стефанини, пресс-секретарь и казначей кампании, от него открестились более 80 партийцев руководящего уровня, и среди них – наиболее вероятный претендент на пост министра иностранных дел Брюно Ле Мэр. От поддержки кандидата "Республиканцев" отказалась более мелкая центристская партия Союз демократов и независимых.

Согласно опросам, кандидатура Фийона продолжает терять популярность и шансы на выход во второй тур. Однако на его стороне остается твердое ядро сторонников.

Показательно, что в самой партии "Республиканцы" продолжение борьбы поддерживают 55%, в то время как 45% – против, и среди этих противников преобладают центристы-жюппеисты. Впрочем, в своей последней речи мэр Бордо признал не только то, что ему уже поздно возвращаться к борьбе, но и то, что Франция нуждается в изменениях, "которые я явно не воплощаю".

Страх перед тем, что снятие Фийона повлечет отток более радикальной части избирателей к Марин Ле Пен, оказался больше, чем страх перехода центристов в лагерь Эммануэля Макрона под влиянием коррупционного скандала. Новую команду Фийона усилили представители "саркозистского" крыла.

Выйдет ли Фийон во второй тур или нет, консервативный поворот "Республиканцев", который показали праймериз, теперь отлит в бетоне. Политический комитет партии, собравшийся вечером 6 марта, вынужденно подтвердил единодушную поддержку кандидатуры Фийона. Однако вопрос о будущем фактически расколотой партии остается открытым.

Поэтому даже если 15 марта Фийон официально станет подозреваемым, он все же продолжит кампанию. Напомним, что против президента (однако не против членов его семьи) на время исполнения полномочий все расследования приостанавливаются. И если кандидат отвергает морально-этические аргументы – как это делает, например, Ле Пен, которая отказывается приходить в суд, – и сохраняет при этом поддержку партии, ничто не мешает ему продолжать предвыборную борьбу, даже с еще большим упорством.

Однако новая ситуация потребует от кандидатов, имеющих проблемы с правосудием, изменения предвыборной стратегии.

Им крайне нужно сместить фокус внимания с обсуждения личностей к обсуждению программ, видений и проектов реформирования Франции. Благо, все пять ведущих кандидатов – Ле Пен, Макрон, Фийон, Амон и Меланшон – предлагают проекты изменений разной степени радикальности.

В этом контексте Макрон, новый лидер предвыборной гонки, был вынужден модифицировать предвыборную стратегию, которая в значительной степени основывалась на личном имидже кандидата.

Если раньше Макрон и его команда утверждали, что детализированная программа не нужна кандидатам и неинтересна избирателям, а для нужд кампании достаточно будет определить десяток магистральных направлений реформирования, все же 2 марта он опубликовал довольно объемный каталог предлагаемых мер в шести главных сферах.

Пока опасения по поводу того, что публикация программы распугает часть сторонников, не оправдываются: Макрон догнал, а по некоторым социологическим данным даже опережает Ле Пен в первом туре выборов.

Детальное рассмотрение первых пяти внутриполитических приоритетов Макрона вряд ли заинтересует украинского читателя. Достаточно сказать, что он традиционно пытается балансировать между либерализацией экономической жизни и сохранением определенного уровня социальных стандартов, между большим вниманием к безопасности и необходимостью соблюдать права человека и гражданина. Критики говорят, что он таким образом напускает тумана и фактически продолжает политику Олланда, сторонники – что внедряет существенные, однако реалистичные и не шоковые изменения.

Важным для нас является то, что в программе Макрона чрезвычайно мало говорится о его внешнеполитических приоритетах,

а если брать внешнюю политику за пределами Евросоюза, то программа фактически отсутствует.

"В сфере внешней политики мной будут руководить три цели: обеспечить безопасность наших сограждан, активно бороться против изменений климата и защищать наши экономические интересы", – цитирует кандидата Le Monde.

Европейское видение Макрона сосредоточено прежде всего на углубленной интеграции внутри ЕС, в частности в бюджетной сфере, большом внимании к вопросам внутренней безопасности, обороны и защиты внешних границ. Что касается приоритета защиты экономических интересов, то он отсылает к экономизации внешней политики Франции, которая началась еще во времена президента Саркози и стала одним из основных факторов усиления отношений Франции с Россией.

На этом фоне скандалов и проектов, исходной точкой которых стал разрыв с его политикой, действующий президент Франсуа Олланд нашел себе новую роль. Не желая пока открыто поддерживать ни выдвиженца собственной партии Амона, ни бывшего протеже Макрона, он направляет свои усилия на то, чтобы не допустить победы Марин Ле Пен.

По слухам, которые пока не получили официальных подтверждений, именно нежелание усиливать шансы Ле Пен стало одним из главных аргументов в пользу затягивание введения безвизового режима для украинцев.

Президент и премьер-министр Казнев начали серию поездок по наиболее уязвимым регионам, объясняя там, насколько вредным для них станет курс Ле Пен на выход Франции из зоны евро и ЕС в целом. Пытается ли Олланд таким образом косвенно подыграть Макрону или готовится к дальнейшей карьере в европейских институциях – вопрос остается открытым. Как и то, насколько убедительным может стать непопулярный президент.

Сама Марин Ле Пен, с которой недавно сняли неприкосновенность в контексте дела о публикации видео казней, совершенных боевиками ИГИЛ (однако исключительно в контексте этого дела; что касается нецелевого использования средств Европарламента, то иммунитет сейчас действует), сохраняет стабильную поддержку (около 25-26%).

Причем Ле Пен не просто остается в игре – она надеется на "эффект Трампа" – победу во втором туре вопреки опросам и прогнозам.

 

Автор: Надежда Коваль,

эксперт "Украинского института будущего",

эксперт Совета внешней политики "Украинская призма"

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua