Трибунал не только для Путина: как реально наказать элиту РФ за агрессию против Украины

Суббота, 5 марта 2022, 13:25 — , , для Европейской правды
Imago Stock and People/East News
"Гаагский трибунал" для Путина становится реальностью. Но будет ли этот трибунал в Гааге? Не обязательно!

4 марта Министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба и ведущие юристы-международники на мероприятии Королевского института международных отношений Chatham House представили декларацию о создании специального трибунала для наказания за преступление агрессии против Украины.

Это не первый подобный шаг в истории. Подобная декларация, подписанная во время Второй мировой войны, предшествовала Нюрнбергскому процессу по наказанию нацистов за военные преступления.

Важная деталь: в международном праве агрессия является преступлением, но на данный момент отсутствуют эффективные пути привлечения российского руководства к ответственности за нее. Поэтому цель декларации – закрыть этот пробел.

Но сейчас мы еще в начале этого пути, и стоит изучить все возможные варианты преследования агрессора. Ведь за первые дни новой войны Украины за независимость российские захватчики уже совершили немало нарушений международного права и военных преступлений.

В этой статье мы расскажем об этих преступлениях и способах наказания руководства России за них.

Международные преступления: какие они?

В международном праве есть классическая четверка международных преступлений: геноцид, преступления против человечности, военные преступления и преступление агрессии. Виновные в их совершении привлекаются к ответственности на национальном уровне и в международных судах и трибуналах.

Геноцид предполагает намерение уничтожить национальную, этническую, религиозную или расовую группу частично или полностью. Доказательств о намерении руководства РФ совершить преступление геноцида в отношении украинского народа – недостаточно (хотя Украина использовала специализированную конвенцию, чтобы судиться в Международном суде ООН, подробнее в статье "В Гаагу за геноцидом" ).

Преступлениями против человечности это широкомасштабные или систематические убийства, пытки, заключения и другие схожие по своей жестокости насильственные действия.

Военные преступления – это специфические нарушения норм международного гуманитарного права (другими словами, права вооруженных конфликтов), такие как умышленные и неизбирательные атаки на гражданское население и объекты, одевание формы противника, использование гражданских или защитной символики (например, Международного комитета красного креста) для прикрытия военных объектов, нападения на культурные ценности и т.д. На этот счет имеются доказательства преступных действий РФ.

А вот последнее преступление из четверки следует рассмотреть отдельно.

Преступление агрессии

Совершив вооруженное нападение на Украину в нарушение Устава ООН, Путин и его окружение совершили международное преступление агрессии, предусмотренное Римским статутом и международным обычным правом.

Это не подлежит сомнению в мире. Объяснения Москвы о мнимом "геноциде", желании "денацификации" Украины и защите России от НАТО – даже близко не легитимизируют нападение. 3 марта Генеральная ассамблея ООН с рекордной поддержкой в 141 голос "за" признала, что российская агрессия грубо нарушает Устав ООН .

Субъектами этого преступления являются члены руководства страны, совершающей агрессию. В России это Путин, министр иностранных дел Лавров, министр обороны Шойгу, высшее руководство российской армии и другие руководящие лица России, участвовавшие в развертывании агрессии против Украины. Таким же образом в Нюрнберге судили министра иностранных дел нацистской Германии Риббентропа, военных руководителей Рейха и т.д.

Руководители российских государственных и частных компаний, финансирующих или активно помогающих совершению агрессии против Украины, также могут быть осуждены за это преступление, как это произошло в Нюрнберге в отношении руководства нескольких немецких компаний, например, немецкого промышленника Альфреда Круппа.

Кремлевских преступников можно будет судить даже при их отсутствии (in absentia). Их иммунитет как должностных лиц РФ, пока в России не изменился режим, не является непреодолимым препятствием для процесса.

Есть, конечно, и отличия от времен Нюрнберга: тогда многие нацистские преступники были подвергнуты смертной казни; сейчас в Европе это нереально.

Один из главных вопросов – где именно привлечь к ответственности преступников. Ниже мы рассматриваем разные площадки, где могли бы пройти соответствующие процессы.

Международный уголовный суд

Потенциально привлечь к международной уголовной ответственности Путина и его приспешников может постоянно действующий Международный уголовный суд (МУС) в Гааге.

28 февраля прокурор МУС Карим Хан сообщил, что планирует просить так называемую Палату предварительного производства МУС авторизовать расследование событий в Украине на предмет совершения преступлений против человечности и военных преступлений. А уже 2 марта 39 государств-участников Римского статута поддержали его и обратились в МУС с просьбой расследовать преступления, совершенные в Украине.

На основании этого представители МУС срочно выехали в Украину для осуществления расследования и сбора доказательств.

Нелишне будет вспомнить историю отношений Украины и МУС.

После Революции достоинства украинский парламент 324 голосами проголосовал за заявление о признании юрисдикции МУС по поводу преступлений против человечности, совершенных на Майдане. В 2015 году в МУС поступило второе заявление от Украины, которым Верховная рада, уже при более скромной поддержке народных депутатов (271 голосами) признала юрисдикцию МУС относительно преступлений, совершенных в связи с оккупацией Крыма и вооруженным конфликтом на Востоке Украины.

Эти заявления понадобились Украине поскольку, несмотря на подписание Римского статута (учредительного документа МУС), еще в 2000 году, наша страна так его и не ратифицировала, поэтому МУС для изучения ситуации в Украине нуждался в предварительном разрешении нашего государства.

И хотя около года назад Офис прокурора МУС завершил "предварительное изучение ситуации", начатое в 2014 году, дальше дело не двигалось.

Украина оставалась вне фокуса по простой причине: прокурор МУС склонялся приоритизировать расследование по тем странам, которые являются членами Статута, платят членские взносы и граждане которых также нуждаются в правосудии, а не работать по Украине, на которую нужно было тратить средства других. Украина до сих пор не ратифицировала Римский статут, хотя обязались сделать это по Соглашению об ассоциации с ЕС.

Но новая волна агрессии Российской Федерации изменила планы Карима Хана.

Теперь полноценное расследование становится неизбежным.

Впрочем, МУС может расследовать только преступления против человечности и военные преступления, а вот с агрессией ситуация более сложная. Для расследования преступления агрессии Римский статут предусматривает специальные условия: МУС уполномочен на расследование только агрессии, совершенной гражданами страны-участницы статута в отношении страны, являющейся стороной статута. Агрессия РФ против Украины не отвечает ни одному из этих условий.

Есть путь обойти это ограничение, если инициировать дело в МУС решением Совета Безопасности ООН. Но понятно, что Россия как постоянный член СБ наложит вето на передачу расследования в МУС, по крайней мере, пока Путинский режим остается у власти.

Впрочем, есть альтернативный вариант привлечь Путина и его приспешников к ответственности.

Дорога к "Гаагскому трибуналу"

Юристы-международники очень не любят, когда журналисты используют термин "Гаагский трибунал" относительно возможного международного наказания путинского режима за его преступления.

Прежде всего, потому что такого трибунала не существует.

Это название является подходящим для описания Международного уголовного трибунала для бывшей Югославии – специального органа, который функционировал в Гааге для расследования конкретного спектра событий с географическим и временным ограничением. Употреблять этот термин относительно постоянно действующих судов в Гааге, включая МУС – некорректно.

Впрочем, вскоре это название может оказаться вполне уместным.

Хотя не факт, что трибунал будет именно "гаагским".

Украина предлагает создание специального международного ad hoc или гибридного трибунала для расследования преступления агрессии и приглашает другие государства к нему присоединиться.

Есть даже вариант названия (а заодно и локации для него): Харьковский трибунал .

С одной стороны, такой выбор связан с варварским обстрелом армией РФ второго крупнейшего города Украины российской артиллерией и авиацией. Кроме того, он вызывает ассоциации с первым публичным судом над преступниками Второй мировой войны, который в 1943 году был организован в том же Харькове. Тогда на скамье подсудимых оказались 3 нацистских военных и один россиянин-коллаборационист, которые получили смертные приговоры за то, что мы бы сегодня окрестили военными преступлениями.

Ближайшей аналогией по формату все же являются Нюрнбергский и Токийский трибуналы, а также трибуналы по бывшей Югославии (МТКЮ) и Руанде (МТР). Эти 4 суда – единственные в истории примеры специальных ad hoc (так обозначают созданные под конкретные случаи институции) трибуналов, юрисдикция которых ограничена расследованием преступлений, совершаемых во время одного определенного конфликта: Второй мировой войны, войн между бывшими республиками Югославии и самого кровавого года гражданской войны в Руанде.

Нюрнбергский и Токийский трибуналы занимались тремя видами преступлений: против мира (преступление агрессии в современной терминологии), военными преступлениями и преступлениями против человечности. МТКЮ и МТР вдобавок могли преследовать также преступление геноцида, однако не имели необходимости расследовать преступление против мира.

Как создать подобный ad hoc суд по России? Упомянутые 4 трибунала запускались разными способами. Нюрнбергский и Токийский – решением победительниц во Второй мировой войне, МТКЮ и МТР – Советом Безопасности ООН. Оба пути для нас не слишком многообещающие.

Поэтому в нашем случае речь пойдет скорее о создании трибунала международной коалицией, которая потребует незаурядной мировой сплоченности. Учитывая 141 голос в поддержку Резолюции по осуждению войны России против Украины, это возможно.

Похоже, именно таким путем сейчас идет Украина.

Но вероятно, что в отличие от "югославского" и "руандийского" трибуналов, такой суд не будет касаться широкого спектра преступлений и будет комплементарным к МУС в части именно агрессии, на которую МУС не имеет юрисдикции.

Во время обсуждения такого специального трибунала на мероприятии Chatham House был озвучен такой вариант создания трибунала: государства сложившейся коалиции могут заключить международный договор со статутом нового трибунала, предусматривающий его создание и определение преступлений, которые он может расследовать, в первую очередь, преступление агрессии. Так же, как вариант, такой договор может быть заключен между Украиной и ООН.

Легитимность такой трибунал может черпать из решений Генеральной Ассамблеи ООН или Совета Европы, которые могут рекомендовать его создание, поскольку решение СБ ООН Россия наверняка заблокирует.

В конце концов, каждое государство обязано наказывать международных преступников. Это дает хорошую юридическую базу для создания такого трибунала и осуждения путинского режима пусть даже при отказе РФ участвовать в процессе.

Гибридный трибунал и национальные суды

После сбития малазийского лайнера MH17 в мире активно обсуждалась возможность создания гибридного (интернационализированного) суда.

Тогда эта идея не была реализована из-за ожидаемого вето России в СБ ООН. Однако сегодня вполне может начаться дискуссия о запуске интернационализированного суда по агрессии РФ в обход СБ ООН.

Такие трибуналы могут иметь очень разные конфигурации. Их объединяет комбинирование международного и национального компонентов: применимого права, состава корпуса судей, прокуроров, финансирования, места проведения, языка судопроизводства и т.д.

В настоящее время в мире было создано несколько гибридных судов: в Сьерра-Леоне, Ливане, Восточном Тиморе, Камбодже, Косово. Лишь в двух первых случаях из списка СБ ООН играла ключевую роль в запуске трибуналов. В других были альтернативные сценарии: решение миссии ООН (Восточный Тимор), призыв Генеральной Ассамблеи ООН (Камбоджа) или соглашение с ЕС (Косово).

Следовательно, несогласие России на создание гибридного суда не может быть абсолютной преградой.

Впрочем, без должного международного статуса будет тяжело преследовать политическое и военное руководство Российской Федерации. Далеко не очевидно, что интернационализированный суд, созданный только по призыву Генеральной Ассамблеи, будет иметь достаточно легитимности для осуждения Путина и других топ-руководителей РФ.

Также важно, что до сих пор гибридные суды не распространяли свою юрисдикцию на преступление агрессии.

Что касается преследования руководителей среднего и низшего звена, то его могут осуществлять как гибридный суд, так и иностранные государства.

И хотя национальные прокуратуры и суды осторожны в преследовании преступников, никак не связанных с соответствующими государствами и не посягающих на жизнь граждан таких государств, некоторые непосредственные исполнители или даже руководители среднего звена могут быть привлечены к ответственности в отдельных государствах Европы.

Итог: какие шансы и что это даст?

Привлечение российского руководства и военнослужащих к международной уголовной ответственности является реальной задачей, но с определенными ограничениями и требует сплоченной международной коалиции.

Полный карт-бланш на привлечение к ответственности международных преступников обычно присутствует только в двух случаях: (1) полная капитуляция захватчика и (2) решения Совета Безопасности ООН.

Учитывая маловероятность этих двух сценариев по крайней мере по состоянию на сегодняшний день, Украина предложила создание специального уголовного суда именно по расследованию преступления агрессии. Поскольку мир как никогда сплочен против общей угрозы, шансы на создание такого трибунала есть.

И пусть даже Путин и его ближайшие соратники будут осуждены заочно, сам факт признания их международными преступниками поставит на них клеймо в глазах мирового сообщества, обеспечив их полную и постоянную изоляцию. А при смене власти в России шансы должного отбывания ими наказания существенно возрастут.

Также нельзя исключать, что некоторые приспешники Кремля согласятся сотрудничать с международным сообществом в расследованиях во избежание изоляции.

В конце концов, как во время мероприятия Chatham House отметил ведущий юрист-международник профессор Филипп Сэндс, в 1942 году, когда в Лондоне инициировали создание подобного трибунала , также никто не знал наверняка, что вскоре высшее политическое руководство нацистов будет осуждено в Нюрнберге.

 

Авторы:

Дмитрий Коваль, доцент Национального университета "Киево-Могилянская академия"

Михаил Солдатенко, старший юрист юридической фирмы "Астерс"

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.