"Чиновники хотели проводить реформы, но, похоже, больше хотели в новое правительство"

Вторник, 18 ноября 2014, 10:20 — , Европейская правда

Одно из крупнейший объединений  бизнеса в Украине - Европейская бизнес-ассоциация (EBA) - отмечает 15-летие своей работы. Пиком влияния ассоциации стала весна нынешнего года, когда по инициативе нового премьер-министра Арсения Яценюка были внесены кандидатуры на должности руководителей налоговой и таможенной служб. Однако "медовый месяц" длился недолго - уже вскоре бизнес вновь заявил о претензиях к работе правительства. Исполнительный директор EBA Анна Деревянко уверена, что многих из этих проблем можно было бы избежать, если бы власти изначально не давали бизнесу нереальных обещаний.

- Накануне формирования нового правительства самое время подвести итог работы предыдущего. Как Европейская бизнес-ассоциация оценивает работу предыдущего правительства, его реформы и взаимодействие с бизнесом?

- Прежде всего, стоит сказать, что это правительство вело диалог с бизнесом, и он продолжается. Когда бизнес нуждался во встречах с правительством, эти встречи происходили. Другой вопрос, насколько конструктивным был этот диалог? Вот тут есть вопросы.

Именно поэтому не стоит говорить, что это правительство так уж сильно отличается от всех предыдущих - ни в лучшую, ни в худшую сторону.

Можно говорить об обычной схеме взаимодействия украинских властей с бизнесом: мы встречаемся, договариваемся, а вот потом... Либо ничего не выполняется, либо необходимо бегать за каждым исполнителем для реализации этих обещаний. Гораздо лучше было бы, если бизнесу бы обещали то, что реально можно было сделать. И не давали заранее нереальных обещаний.

- А как насчет реформ?

- Бизнес видит продвижения в сфере дерегуляции. Законодательные акты для нее разрабатывались еще прошлым правительством, и у нынешнего состава Кабмина все же хватило политической воли довести эти инициативы до конца, что не может не радовать.

Теперь о проблеме коррупции. Даже глава правительства признает, что ее не удалось победить. Признаться, этот фактор очень часто перечеркивает все позитивные вещи, которые делает Кабмин. К сожалению, нет никакого прогресса в реформе правосудия.

При этом появились и новые проблемы, которые стали неприятной неожиданностью для всех, и для правительства в том числе. Начавшаяся нестабильность на востоке и аннексия Крыма вынудили правительство, и так находящееся на острие атаки, отвлечься от экономических реформ.

Впрочем, первый шок от происходящего держался три-четыре месяца. После назрела необходимость действовать. Бизнес, который с большим пониманием и соучастием отнесся к ситуации в стране, спустя месяцы бездействия стал задаваться вопросом: почему же обещанные и долгожданные реформы не то что не происходят, а даже не начинаются. Масла в огонь подлила возникшая проблема с валютным регулированием. В такой ситуации правительству уже нельзя больше оправдываться, прикрываясь политической ситуацией и военной угрозой.

- Вы говорите о провале борьбы с коррупцией. Однако есть оценки, что сумма таких расходов уменьшилась…

- Действительно, многие компании говорят о том, что объем требуемых коррупционных выплат стал меньше. Однако, как вы понимаете, о таком прогрессе можно говорить лишь в случае, если базой сравнения выступает очень специфический прошлый год.

Впрочем, не стоит вовсе отрицать изменения к лучшему. Например, ряд компаний, в первую очередь, занимающиеся розничной торговлей, заявили об уменьшении коррупции в фискальной сфере. Это очень хороший сигнал!

Жаль только, что этот позитив перечеркнула общая нервозность от ситуации на востоке Украины и нестабильность валютного курса.

Ну и, в конце концов, следует честно признать: люди – не волшебники. В сложившейся ситуации было бы сложно рассчитывать на радикальные реформы, вне зависимости от того, кто бы возглавил правительство.

- Кабмин был очень неоднороден. Вы бы могли дать оценку, кто в нем был явно на своем месте, а кто – нет?

- Очень сложно оценивать профессиональные качества, не зная, какие именно задачи стояли перед конкретными министрами. Очень часто публичные декларации министра диаметрально расходятся с теми целями, которые были поставлены перед ним.

Если судить исключительно по результату, видно, что ряд направлений не демонстрирует никаких успехов. Например, все прекрасно видят, как Минприроды намеренно блокирует все необходимые решения в сфере обращения с отходами, или получения разрешений на ввоз продукции с содержанием озоноразрушающих веществ.

- И все же, в каких министерствах проблема коррупции наиболее актуальна?

- Это уже упомянутое Минприроды, а также Министерство агрополитики, к которому часто возникают вопросы. Традиционно проблемы есть в налоговой, в частности, это возмещение НДС. Однако в последнем ведомстве, в отличие от двух предыдущих, проблемы не имеют системного характера, а значит, они решаемы.

- При формировании предыдущего состава правительства Арсений Яценюк неоднократно заявлял, что кадровые решения будут приниматься, исходя из рекомендаций бизнеса – в первую очередь Европейской бизнес ассоциации. Выходит, вы также несете часть ответственности за работу правительства?

- Э нет! Мы изначально видели такой риск, и ведь, по-хорошему, мы не были обязаны брать его на себя. Мы можем дать рекомендации, однако не можем отследить, как эти люди будут работать в правительстве. Как мы можем нести ответственность за людей, которыми мы не управляем!

- Сохранилась ли такая практика консультаций с бизнесом сейчас, при формировании нового правительства?

- Нельзя сказать, что мнение бизнеса игнорируется – наверняка к отдельным компаниям обращаются за советом и рекомендациями.

- Однако тогда речь шла об открытых рекомендациях со стороны ассоциации?

- Не скажу, что и тогда, весной, обращений было много. Всем известно, что Арсений Яценюк тогда предложил нам порекомендовать кандидатов на роль главы налоговой и таможни.

Тогда это было очень сильным посылом, который был очень позитивно оценен бизнесом. Поэтому мы восприняли это серьезно и подали свои кандидатуры.

- А сейчас такие обращения есть?

- Теперь – нет. По крайней мере – к нам, как к публичной организации, такие запросы больше не приходят.

- Больше всего надежд у бизнеса было связано с ратификацией Соглашения об ассоциации с ЕС. Были ли оправданы эти надежды?

- Действительно, бизнес очень надеялся на Соглашение об Ассоциации. Оправдались ли эти ожидания?

Многие компании, правда, ощутили эти выгоды еще до подписания благодаря автономной отмене преференций, что позволило им нарастить объем экспорта в ЕС. Сейчас возможности есть, это факт, и они увеличиваются. Насколько – зависит от действий, как бизнеса, так и правительства.

- Насколько был активен бизнес?

- К сожалению, не могу сказать, что бизнес был очень активен. Очень многие так и не могли разобраться в нынешней ситуации и пока живут как "в тумане". Однако, несмотря на это многие компании активно воспользовались новыми возможностями.

Есть много примеров, когда компании начинают поставки в ЕС, начиная у себя такое производство с нуля. В таких случаях для полноценного выхода необходимо время, а поэтому про их успехи мы услышим с определенным лагом.

- А насколько активным было правительство?

- Могло быть и лучше. Есть куда расти.

Основная проблема, над которой нужно работать – это слабая командная работа как внутри Кабинета министров, так и при его взаимодействии с парламентом.

- Основная проблема – получение бизнесом всех необходимых разрешений и сертификатов. Как вы считаете, насколько реальны обещания правительства, что экспорт украинской молочной продукции и мяса будет возможен уже с середины следующего года?

- Теоретически это вполне возможно. Но для этого нужно, чтобы чиновники и бизнес очень сильно захотели добиться такого результата.

- А что, сейчас такого желания у них нет?

- Нельзя сказать, что его совсем нет. Чиновники хотели проводить реформы, но, похоже, больше хотели в новое правительство. Надеемся, увидим прогресс после формирования нового состава Кабмина.

И еще пару слов о мотивации. Вспоминаю свой последний разговор с Кахой Бендукидзе всего пару недель назад.

Он говорил, что нынешние украинские реформы напоминают ситуацию: есть задача вырыть траншею, а вместо работы все собирают совет и обсуждают, как это сделать, как лучше подготовиться, и кто будет за это отвечать. А начать работать-то никто не спешит!

- Последней анонсируемой инициативой правительства является создание института бизнес-омбудсмена. Каково ваше отношение к этой идее?

- Это была инициатива ЕБРР, и этой инициативе уже несколько лет. Мы, как бизнес, не могли не поддержать ее, особенно учитывая то, что этот институт финансируется не из бюджета, а из средств ЕБРР.

У бизнеса есть два вопроса – насколько эффективен будет бизнес-омбудсмен и в чем будет состоять его задача?

В информировании правительства о фактах коррупции?

А теперь зададим себе еще один, третий вопрос – разве такой информации сейчас у правительства нет? Возможно, проблема не в нехватке информации, а в нежелании решать эту проблему.

И главное - мы не должны подменять одни госструктуры другими. Этот институт не заменит неработающую судебную систему, не создаст качественные условия для бизнеса. А вот при работающих госаппаратах он сможет стать эффективно работающим дополнением, реально помогающим бизнесу.

Интервью взял Юрий Панченко, 

редактор "Европейской правды"

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua