Nord Stream-2 под контролем: почему решение ЕС не означает поражения Украины

Среда, 13 февраля 2019, 16:14 — , заместитель министра иностранных дел
Фото: foreignpolicy.com

В Евросоюзе наконец определились с тем, как должна регулироваться работа газопровода Nord Stream-2.

Это историческое решение почему-то было подано в медиа как окончательное поражение Украины. Но соответствует ли эта оценка действительности? Стоит разобраться, что же согласовали и поддержали в Брюсселе и почему изменения в "газовой директиве" ЕС были так стремительно одобрены. Ведь этому предшествовал минимум год торможения и попытки размыть документ до уровня полной бессодержательности (что создавало России значительное поле для маневров).

В пятницу 8 февраля страны-члены Евросоюза на уровне послов утвердили позицию Совета ЕС, в которой поддержали эти изменения. А уже во вторник 12 февраля компромиссное решение поддержали Еврокомиссия и Европарламент.

Итак, изменения согласованы. И хотя процедура их утверждения еще продолжается, в Брюсселе уверяют, что, по сути, речь идет о формальных голосованиях, которые, судя по всему, пройдут очень быстро.

Что одобрил ЕС? Здесь есть хорошие новости для Украины.

Первая и главная победа – на газопроводы из третьих стран, в том числе на "Северный поток-2", будет распространяться право ЕС.

Это было ключевым положением предложенных изменений и это осталось в компромиссном варианте.

Именно против этой нормы выступали Германия, Австрия и ряд других государств. И они же наконец согласились с этим.

Это настолько важно, что стоит повторить: Германия согласилась с тем, что право ЕС должно применяться к Nord Stream-2.

Однако львиная доля изменений касается того, как обеспечить это соответствие требованиям законодательства ЕС для газопроводов, которые начинаются в другой юрисдикции, то есть за пределами ЕС.

Директива определяет, как должны действовать оператор газопровода и регулятор, чтобы обеспечить соответствие Nord Stream-2 требованиям энергетического права ЕС. В частности, регулятор государства-члена может консультироваться с органами власти РФ, откуда идет газопровод.

Только в виде исключения Германия может получить разрешение заключить межправительственное соглашение с РФ.

Именно на эту норму ссылаются те, кто говорит об "окончательном поражении" Украины. Впрочем, это не совсем корректно, ведь Берлин получил право регулировать только и исключительно экономические аспекты работы газопровода.

Все остальные вопросы, касающиеся "Северного потока-2", другие причастные государства и дальше решают самостоятельно. Например, вопросы защиты окружающей среды или безопасности. Это особенно важно для Дании, которой еще предстоит принять решение – разрешать или запрещать строительство в своих территориальных водах.

И у Дании достаточно аргументов, чтобы отказать Nord Stream-2.

Довольно долго решалось, кто именно в ЕС имеет компетенцию в этих вопросах. Проблема действительно непростая.

На нынешнем этапе развития Евросоюза в принципе проблематично давать Брюсселю дополнительные полномочия или компетенции, ведь не секрет, что в Европе есть тренд на увеличение национальной компетенции государств-членов.

Второй вопрос: какая именно страна или страны должны решить вопросы экономических аспектов работы Nord Stream-2? Финляндия? Дания? Германия? Польша? Или все вместе?

Именно это стало предметом французско-немецкого "компромисса". В случае Nord Stream-2 это право получила Германия, поскольку именно она является государством "входа" на территорию ЕС.

Но если государство-член отвечает за соблюдение права ЕС газопроводом, который идет из третьей страны, то должен быть какой-то механизм контроля. И это не вопрос недоверия к Германии. Это вопрос соблюдения общих интересов.

Три института ЕС – Еврокомиссия, Совет ЕС и Европарламент – согласовали детали того, как Комиссия может обеспечить эффективный контроль над тем, чтобы газопроводы, идущие из третьих стран, отвечали праву ЕС.

Итак, мы имеем правовые рамки, в которых функционирование Nord Stream-2 возможно лишь при условии его соответствия нормам права ЕС.

Это – именно то, чего требовала Украина.

Мы постоянно говорили о том, что этот газопровод не должен иметь конкурентных преимуществ из-за того, что он не будет подпадать под требования права ЕС.

Следующая задача – обеспечить имплементацию этих изменений.

Вместе с тем принятие этого компромиссного решения само по себе не снимает рисков для безопасности, которые несет Nord Stream-2.

Мы уже увидели агрессивную реакцию в России на попытки регулировать газопровод – вплоть до заявлений "достроим "Северный поток" и разберемся с Украиной". Теперь это – четкий лозунг российской пропаганды.

Есть риск того, что распространение требований ЕС на Nord Stream-2 сделает поведение РФ еще более агрессивным. Это требует усиления давления на Россию, включая возможные санкции.

В завершение стоит еще раз обратить внимание на французско-немецкий консенсус относительно изменений директивы.

Многие в Украине восприняли это как "зраду", а на самом деле это – шаг к новому консенсусу в ЕС в целом, что Nord Stream-2 не получает политических привилегий и должен строго оцениваться со всех сторон – регуляторной, экономической и, конечно, в плане безопасности.

Да, это еще не означает окончательной победы Украины. Политика ЕС в отношении российского "потока" только очерчивается, ни один из рисков пока не устранен.

Но те изменения, которые произошли за последние недели, означают, что наша позиция становится сильнее.

Автор: Елена Зеркаль,

заместитель министра иностранных дел по вопросам европейской интеграции,
для "Европейской правды"

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua