"Военная активность не должна останавливать реформы"

Понедельник, 20 октября 2014, 09:50 — Сергей Сидоренко, Европейская правда
Фото www.ft.com

С Саймоном Фрейзером, который занимает в МИД Британии должность с непривычным для нас названием "постоянный секретарь", "Европейская правда" пообщалась в конце прошлой недели, когда завершался его визит в Украину.

Фрейзер является главой дипломатической службы Великобритании. Он самый старший по должности дипломат и, в соответствии с британским законодательством, остается на этом посту в случае смены министра.

Стоит отметить, что журналистам ЕвроПравды еще не приходилось встречать столь непубличного top-дипломата. Фрейзер занимает эту должность уже больше четырех лет, но почти не дает интервью и редко совершает официальные визиты, оставляя публичность для министров.

Но даже несмотря на дипломатическую осторожность нашего собеседника, интервью немало добавляет к пониманию политики Британии (и Европы в целом) в отношении Украины.

Саймон Фрейзер признал, что в настоящее время возможность введения новых санкций против России даже не обсуждается. Он не считает действующим решение Бухарестского саммита НАТО, который констатировал в 2008 году, когда Украина станет членом НАТО. Сейчас в Европе делают вид, что этого просто не было.

В то же время Фрейзер тверд в том, что давление на Россию нужно продолжать. А требования Кремля относительно отказа Киева от имплементации ЗСТ с ЕС можно смело игнорировать. "Лишь Украина определяет, когда она должна проводить реформы", – говорит британский дипломат.

"мы не хотим быть втянутыми в конфликт"

– Может ли Украина рассчитывать на военную поддержку со стороны Британии?

– Мы уже оказываем такую поддержку Украине и хотим ее усиливать. Мы даем советы. Наш специальный военный советник уже работает в Минобороны, консультируя украинских коллег о том, как можно увеличить эффективность их действий.

Кроме этого, мы готовимся объявить о предоставлении нового пакета нелетального военного снаряжения (ЕвроПравда писала о данном пакете 17 октября).

– А как насчет современного оружия? Возможно ли, что однажды Запад предоставит его Украине?

– Я могу говорить только о своей стране. На данный момент мы не предоставляем такой помощи.

Причина в том, что мы не хотим быть втянутыми в конфликт.

А это означает, что у нас есть лишь возможность предоставления защитного военного снаряжения и технической поддержки.

Также – это важный момент – мы верим, что у этого конфликта не может быть военного решения. Конфликт на востоке Украины должен решаться политическим и дипломатическим путем.

– Немало людей в нашей стране считают, что членство в НАТО способно обеспечить необходимый уровень безопасности для Украины. Верите ли вы, что однажды Украина станет членом альянса?

– Я не хочу рассуждать о будущем, но я не думаю, что это тема для дискуссии сегодня.

(В альянсе) не принималось решений, что Украина станет членом НАТО. Конечно, Украина может подавать заявку на вступление, но уверенных решений об этом не принималось.

Я понимаю, что это важный вопрос для вас. Но мне кажется, что ключевой вопрос, который должен сейчас подниматься – как найти выход из текущего кризиса. И я не думаю, что обсуждение перспективы членства в НАТО поможет вам в этом вопросе.

– Торговая часть Соглашения об ассоциации отложена более чем на год. Как вы относитесь к этому решению?

– Во-первых, хочу подчеркнуть, что само соглашение не было отложено – его ратифицировали в ВР и в Европарламенте. И это очень хорошо.

А отложена имплементация части соглашения. Причем на это время ЕС предоставил Украине преференции в отношении доступа к европейскому рынку.

Такую задержку можно понять, и, пожалуй, это обоснованное действие.

– В чем же заключалась причина отсрочки?

– Вы знаете, что Россия и ранее поднимала определенные вопросы относительно Соглашения. Но одновременно мы (Евросоюз) поддерживаем развитие украинской экономики, ее отношения с ЕС.

Следовательно, мы должны были найти баланс между этими стремлениями, не "сдав" при этом соглашение.

Поэтому экономический раздел документа будет частично имплементирован Евросоюзом в одностороннем порядке. И Украина уже сейчас получает преимущества от льготного режима торговли с ЕС.

– На ваш взгляд, должен ли Киев начать имплементацию торговой части соглашения, не дожидаясь 2016 года?

– Да, и это важно. Соглашение об ассоциации, включая раздел ЗСТ, показывает Украине путь реформирования экономики таким образом, чтобы она стала конкурентоспособной на европейском рынке.

Украина должна делать это, должна использовать эту возможность именно сейчас – еще до начала полноценной имплементации Соглашения.

– Но вы слышали, что в РФ настаивают: мы не должны проводить экономические реформы, предусмотренные текстом СА, в период отсрочки соглашения, то есть до 2016 года.

– Знаете, это право Украины решать, когда она хочет реформировать экономику.

Поэтому такие решения будет принимать правительство Украины, а не России.

И мы поддержим правительство Украины на этом пути.

"сейчас нет активного обсуждения новых санкций"

– Распространено мнение, что реформы невозможно проводить во время войны. Слышали ли вы такую позицию от правительства?

– Нет, это абсолютно не так. Более того, они заверили меня, что будут проводить реформы, что они используют имеющуюся возможность. Конечно, мы понимаем, что решение нынешнего кризиса на востоке Украины отбирает немало усилий правительства. Но это не повод для того, чтобы не проводить политические или экономические реформы.

Наоборот, я надеюсь, что через 10 дней после выборов в Украине заработает новый парламент, и это даст новый импульс для проведения реформ.

Конечно, деньги сейчас тратятся на военную активность. Но это не должно останавливать реформы. Ведь именно они способны принести стране экономическое благополучие. Именно они должны гарантировать будущую стабильность и силу вашей страны.

– Можете ли вы назвать заметные успехи или недоработки Украины в проведении реформ?

– Я искренне приветствую факт принятия антикоррупционного законодательства. Да и ратификацию СА можно только приветствовать. Учитывая, что соглашение является результатом многолетних переговоров, это само по себе достижение.

Но есть и обратная сторона медали. Без сомнения, остаются вопросы управления государственными средствами. Есть беспокойство по поводу коррупции, управления экономикой, и по всем этим моментам (правительству) нужно работать. Мы откровенно говорили обо всех этих вещах с вашими должностными лицами.

 

– Ожидаем ли мы существенной финансовой поддержки проведения реформ со стороны ЕС?

– Вы уже имеете значительную поддержку реформ со стороны Запада. ЕС оказывает методологическую, консультационную поддержку. Вы также получаете поддержку от МВФ, и требования программы фонда основаны именно на реформах.

Да, реформы имеют определенную цену. Но экономические достижения, которые вы получите через некоторое время – гораздо выше.

Все страны Европы, которые проходили период реформирования, должны заплатить цену, у всех были кратковременные экономические сложности. Но оцените те выгоды, которые они получили!

– В декабре должна состояться донорская конференция по  Украине. Какие у вас ожидания от нее?

– Прежде всего, мы приветствуем идею проведения такой конференции. Но, на мой взгляд, нам надо очень внимательно отнестись к выбору времени ее проведения. У вас скоро выборы. Затем вам нужно выбрать правительство, и это также займет определенное время.

А доноры – для успешной конференции – должны видеть четкий прогресс в проведении реформ. Должна быть ясность относительно направления выбранного вами пути.

– То есть вы предполагаете, что донорская конференция может не состояться в этом году?

– Решение о дате должна принимать украинская власть. Но я подчеркну, что придерживаться какой-то даты – не так важно, как достичь успеха на конференции.

– Возможно ли, что одним из результатов конференции станет финансовая помощь на восстановление инфраструктуры Донбасса?

– Да, об этом идет речь на переговорах. Но прежде всего на Донбассе должна произойти имплементация минских договоренностей. Должно быть настоящее перемирие, отозваны российские регулярные войска. Ситуация должна стабилизироваться, беженцы – получить эффективную помощь. Итак, еще много чего должно произойти.

И, конечно, на повестке дня должно быть также восстановление инфраструктуры.

Конечно же, даже сейчас легитимно поднимать вопрос помощи на  восстановление Донбасса.

Уже называются определенные цифры. Но в нынешней ситуации мы не можем с уверенностью сказать, в каких средствах будет нуждаться Донбасс.

Согласитесь, при стабильной ситуации восстанавливать инфраструктуру будет значительно легче.

Поэтому сейчас все дипломатическое давление нужно направить прежде всего на то, чтобы заставить Россию уважать минские договоренности.

– Возможно, ЕС должен ужесточить санкции против России?

– Во-первых, я напомню, что совсем недавно – в сентябре – ЕС согласовал новый пакет санкций, который расширяет существующие меры и добавляет туда дополнительные персоны.

Мы верим, что это решение правильное, и что эти санкции должны действовать, пока не будет полностью выполнено минское соглашение. Сейчас этого, конечно же, нет, а потому мы должны сохранять давление на Россию.

– Сохранять, но не усиливать?

– На данный момент не ведется активное обсуждение введения дополнительных ограничений, но исключать этого я бы не стал.

Как вы знаете, Великобритания является лидером в ЕС в вопросе поддержки санкций, в том числе – их усиления.

Мы верим, что санкции остаются очень важным инструментом давления на Россию.

 

"у нас нет планов снимать визовые требования"

– В Украине нет британского визового центра. Все паспорта передаются для принятия решения в Варшаву, и это довольно странно, ведь у граждан Польши вообще нет необходимости получать визы для краткосрочных поездок в Британию.

– Я признаю, что такая проблема есть и что она вызывает озабоченность. Визовые вопросы во многих странах чувствительны.

Но у нас есть политика централизации визового процесса, мы создаем "хабовые" консульства на несколько стран. Именно поэтому у нас нет визового офиса в Украине.

Вместе с тем, статистика показывает, что процент выдачи виз у нас очень большой. 93% тех, кто обращается за визой, получает ее.

– Но ведь это ужасный показатель! Он означает, что у вас 7% отказов. Это намного больше, чем у любого другого европейского консульства! (прим.: средний уровень отказов консульств Шенгена в Украине в 2013 году – 1,86%)

– Я признаю, что было бы желательным – по крайней мере, украинские граждане хотели бы этого – чтобы визы выдавали в вашей стране. Но у нас ограниченные ресурсы.

И если мы не выдаем визу, то это не из-за неэффективности нашего сервиса. Это означает, что была причина для отказа.

– Ожидается ли облегчение визового режима для Украины? Все страны ЕС, кроме Британии, проводят такой процесс.

– Боюсь, что сейчас у нас нет планов снимать требования к заявителям, которые хотят получить британскую визу.

У нас есть свои требования, и мы их придерживаемся. И, как видите, подавляющее большинство заявителей получает визу.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua