Через сколько лет Украина может вступить в ЕС и почему тормозит антикор – интервью Корниенко

Украина не раз заявляла, что готова хоть сегодня начать переговоры о вступлении в ЕС, и это действительно так. Официально даже создана переговорная группа. Одну строчку в ней занимает Александр Корниенко – первый вице-спикер и, условно говоря, "ответственный за вступление от парламента" в действующей власти.

Мы встретились в Верховной Раде вскоре после того, как Брюссель передал Украине отчет о расширении, который показал серьезное отставание темпов Украины от государств-лидеров.

О трех крупных реформах и трех этапах, из которых следует сделать выводы, о том, готов ли Киев ускорить темп реформ и в чем причина задержки, редактору Сергею Сидоренко рассказал Александр Корниенко. Рекомендуем посмотреть видеоверсию интервью, а его текстовое изложение (с отдельными комментариями от редакции) – в материале "Политически сейчас нельзя быть против ЕС. Если ты против вступления в ЕС, ты – агент Кремля". Далее – основные его тезисы.

Отчет ЕС о реформах в Украине не однозначно положительный, но и не однозначно отрицательный. Там есть много вещей, на которые нужно обратить внимание. Я скажу так: он неоднозначный.

Из того, что известно сейчас, национальная программа адаптации будет предусматривать минимум два-три года очень активной работы для принятия законодательства, необходимого в рамках вступительного процесса. 

Для готовности Украины к вступлению в ЕС необходимо будет принять от 500 до 1000 законов. Мы будем точно это понимать, когда будет готова национальная программа адаптации.

Но у меня есть идея, как это уменьшить. Я не исключаю, что может быть "укрупнение" на этапе, когда нужно будет ускорить динамику. То есть голосовать один закон о внесении изменений в кучу законов. Регламент позволяет это сделать.

То есть 2028 год, о котором говорит Еврокомиссия, кажется достаточно реалистичным.

Но для этого нужно, чтобы мы проделали работу над ошибками и сделали выводы из тех этапов, которые мы прошли. 

Я выделяю три этапа.

Первый – Соглашение об ассоциации. Урок, который мы должны из него извлечь, – это то, что уже на этапе проектирования нам нужен инклюзивный процесс с привлечением всех стейкхолдеров.

Второй – этап кандидатуры (2022-23 годы). Мы тогда очень много действовали на эмоциях, действовали очень классно как страна. Мы соглашались на очень дискуссионные истории, типа Стамбульской конвенции, и это помогло нам получить решение об открытии переговоров – потому что наши действия тогда дали основу тому же немецкому канцлеру Олафу Шольцу "вывести на кофе" Виктора Орбана.

Да, мы дали очень хороший сигнал, задали высокий темп, но этим создали у партнеров завышенные ожидания, на которые они, как бюрократы, сразу опирались.

Ошибка в том, что мы не проинформировали их, что так не будет всегда. 

Еще один этап – связан с выполнением условий программы финансовой поддержки Ukraine Facility. Урок, который мы должны извлечь, – это то, что депутатам, чиновникам и представителям ЕС нужно обсуждать проекты законов еще до их регистрации.

Здесь мы в полной мере ощущаем ошибки предыдущих этапов – это и недостаточная работа со стейкхолдерами, и завышенные ожидания.

На этапе вступления будет еще важнее привлечь депутатов к разработке проектов.

У нас прошло десять лет с момента запуска трех крупных реформ – антикоррупционной, судебной и децентрализации. Это сквозные и "наследственные" реформы, которые Украина начинала при Порошенко и продолжает до сих пор.

Все они важны для украинского общества, но все по-разному проходили.

Самая успешная – это децентрализация.

Что касается антикоррупционной реформы, то здесь идея правильная, реализация частично правильная, но она так и не набрала магистральной скорости.

Она уже глубоко интегрирована, но нужно шаг за шагом работать, чтобы система занималась тем, чего от нее ждет общество.

Подробнее – в материале "Политически сейчас нельзя быть против ЕС. Если ты против вступления в ЕС, ты – агент Кремля".