"Цветная революция" в Македонии – украинский сценарий для кандидата на вступление в ЕС

Среда, 27 апреля 2016, 13:16 — Артьом Георганов, для Европейской правды
Фото zhurnal.mk

Несколько недель назад в сводках мировых информагентств Македония перестала быть обезличенным мигрантопроводом из Греции в счастливое будущее и обрела собственную информационную значимость. С помощью самого распространенного в здешних краях способа – входа в острый политический кризис.

Македония – это место, где словосочетанием "политический кризис" никого не удивишь и не испугаешь.

Но в этот раз действия, которые власть считала решительным шагом к преодолению кризиса, на самом деле вывели этот кризис на невиданный ранее уровень.

Впервые прозвучали угрозы со стороны ЕС ввести санкции против ведущих политиков этот балканской страны.

Поводом для текущего обострения стало решение президента Георге Иванова прекратить уголовное преследование 56 политиков, чиновников и сотрудников силовых ведомств, фигурантов прошлогоднего скандала о масштабном прослушивании всех и вся.

Тысячи людей на улицах городов, столкновения с полицией, разгромленная канцелярия президента, оппозиция, отказывающаяся идти на диалог до безусловной отмены одиозного решения, и власть, не желающая идти на попятную.

Фото European Pressphoto Agency 

Все это создает крайне тяжелую ситуацию для бедной коррумпированной страны с активным албанским меньшинством и неэффективным политическим классом.

"Бывшая югославская республика Македония"

Македония появилась на карте Европы в 1991 году в результате дезинтеграции Югославии. Впрочем, модель получения независимости скорее напоминала в целом мирный советский сценарий, нежели кровавый югославский.

В нужный момент правящая элита Республики Македония решила, что Югославия обречена и пора бы позаботится о своем будущем. Был созван референдум, постановивший провозгласить независимость. Югославские власти оспаривать решение не стали, мирно вывели армию и тем самым обеспечили хорошие отношения между Белградом и Скопье, в котором осталась править все та же социалистическая партийная номенклатура, что и в бывшей метрополии.

Как и в пост-СССР, вчерашние партийные бонзы и красные директора не продемонстрировали особого рвения в проведении рыночных реформ и утверждении подлинной демократии.

Страна уверенно обосновалась на последних местах по уровню доходов среди всех европейских государств.

Взамен же населению было даровано "национальное возрождение", государство активно включилось в задачу изобретения исторической традиции. Современное государство провозглашалось наследником Древней Македонии, а нынешние македонцы - потомками Филиппа II и Александра Великого.

 

У активной исторической политики было несколько побочных эффектов. Методология национального канона не очень-то способствовала интеграции албанского меньшинства (25% всего населения), которому не оставалось места в эксклюзивном нарративе величия македонской нации.

Одновременно это обостряло конфликт с Грецией - самопровозглашенной наследницей всей эллинистической традиции.

Афины отказались признавать за Скопье право на наследие Александра, больше того - отказались признавать за Македонией само право на это название; в итоге новообразованное государство было принято в ООН под диковинным названием "Бывшая югославская республика Македония".

Другим важным символическим ресурсом македонской элиты стал нарратив о мирной, безопасной и стабильной Македонии, что выгодно отличало ее от шумных югославских соседей: пускай мы живем не богато, но зато не стреляют.

Эта история закончилась в 2001 году, когда албанские боевики из соседнего Косова вызвались "освободить" своих соплеменников, компактно проживающих в Северо-Западной Македонии. В серии приграничных боев македонским силам удалось остановить и в конечном счете отбросить албанцев.

Важнейшую роль в этом конфликте сыграла Украина, вооружившая македонцев боевыми вертолетами, а вскоре и штурмовиками СУ-25.

Удивительный факт, но оказавшись в руках македонской армии, не имеющей ни одного подготовленного пилота, боевая техника стала не только подниматься в воздух, но и успешно наносить огневые поражения по скоплениям боевиков, умело маневрируя над горным ландшафтом страны.

Албанцы тут же заявили, что их бомбят украинские пилоты. В ответ Македония сначала отнекивалась, потом сказала, что работают смешанные македонско-украинские экипажи, где украинские пилоты были лишь в роли инструкторов (что несколько проблематично в одноместном СУ-25), а затем и вовсе прекратила комментировать работу своей авиации.

В результате конфликта унитарная страна была де-факто федерализована, албанцы получили расширенные права самоуправления, взамен их военизированные подразделения были разоружены, а официальное Скопье восстановило монополию на насилие над всей территорией страны.

Ведущую роль в разоружении и умиротворении Македонии сыграли многонациональные европейские силы.

Как и для любой другой балканской страны, ЕС играет тут особую роль. Это основной торговый партнер, дом для большой диаспоры, донор помощи и ультимативная цель на будущее. Иными словами, здесь не может быть никакой другой политической повестки, отличной от задачи вступления в ЕС.

Но при этом путь в ЕС осложняется позицией Греции, которая ясно дала понять, что будет блокировать любые евроинтеграционные потуги Скопье до разрешения конфликта вокруг наименования страны.

В результате страна оказалась в довольно неприятной ситуации. С одной стороны, Македония не обладает достаточными внутренними ресурсами для институционального развития и устойчивого экономического роста, с другой - перспектива вступления в ЕС с его огромным рынком и щедрыми дотациями остается закрытой Афинами.

Ощущение тупика, "отверженность" Европой, фундаментальная неразрешенность албанского вопроса, коррумпированность и неэффективность правящей элиты, монополизация политического пространства двумя партиями: ВМРО (правые популисты) и СДСМ (левые популисты) - все это не вселяло македонскому обществу уверенность в правильном пути развития и накапливало протестные настроения.

Динамика кризиса

Семена сегодняшнего противостояния были посеяны год назад. В феврале 2015 года в адрес оппозиционного лидера Зорана Заева (СДСМ) были выдвинуты довольно оригинальные, как для нынешнего времени, обвинения в "конспирации с иностранной разведкой в целях свержения правительства".

В публикациях в медиа активно спекулировали на тему того, что неназванными спецслужбами являются британские и американские, а за самим Заевым якобы даже стоит британский посол.

В ответ сторонники Заева начали череду протестов, а сам оппозиционер обвинил премьер-министра Николу Груевского в незаконном прослушивании 20 тысяч македонских граждан; как вскоре выяснилось - небезосновательно.

К началу мая 2015 года протесты с требованием отставки премьер-министра перешли в стадию столкновений с силами полиции. Сам Груевский организовал не менее внушительный митинг своих сторонников, заявив, что ввиду широкой народной поддержки не имеет права струсить и уйти в отставку в столь тяжелый для отечества момент.

В этой ситуации пришлось вмешаться Европейскому Союзу.

2 июня прошлого года европейский комиссар по вопросам расширения и политики добрососедства Йоханнес Хан провел совместную встречу с Зораном Заевым и Николой Груевским. Стороны договорились предпринять шаги, направленные на преодоление углубляющегося кризиса; была достигнута договоренность о проведении внеочередных парламентских выборов, назначенных на 5 июня 2016 года.

Протестная активность пошла на спад, а 20 октября было учреждено переходное правительство, включающее как представителей ВМРО, так и социал-демократов.

При этом сам Никола Груевский согласился уйти в отставку за 120 дней до выборов, что он и сделал 18 января нынешнего года.

Важнейшим фактором относительной стабилизации стало активное расследование о фактах незаконной прослушки, начатое новым специальным прокурором. Фигурантами дела стали не только Никола Груевский и его министры, но и мэр Скопье, ряд высших чиновников, политиков и сотрудников силовых ведомств.

Расследование, в котором многие македонцы и западные партнеры видели едва ли не единственный шанс в очищении македонского политического класса, 13 апреля было прекращено волевым решением президента.

Решение было настолько непопулярным, что даже однопартийцы президента из ВМРО постеснялись его поддержать.

 Президент Македонии Георге Иванов

Зоран Заев призвал македонцев выйти на улицы и попытался возглавить протест. Но не очень успешно. Протест, по большому счету, возглавил сам себя. Как и на украинском Майдане, говорящие головы от политики сыграли второстепенную роль, а на первый план вышла самоорганизация разочарованного в своей политической элите общества, оформленная новообразованными неформальными организациями "Протестую" и "Граждане за защиту Македонии".

Как и на Майдане, огромную роль в протесте сыграли студенты. Будучи не скованными жанровыми ограничениями традиционных партийных протестов, молодые люди нашли свои уникальные визуальные образы и подобно украинским коллегам превратили протест в эстетически привлекательное действо.

Македонские события получили самоназвание "цветная революция". Протестующие вооружаются разноцветными красками и щедро забрасывают ими монументальные новоделы в стиле античной цивилизации, на которые так щедр центр Скопье, демонстрируя тем самым свое отношение как к нынешней власти вообще, так и к официальной исторической политике в частности.

 Фото FOSIM 

Западные политики традиционно выразили свою глубокую озабоченность и принялись настоятельно советовать всем сторонам противостояния сесть за стол переговоров.

Российский МИД, не менее традиционно, увидел в протестах иностранное вмешательство, а в оппозиционных лидерах распознал иностранных марионеток, пытающихся реализовать "украинский сценарий" – очевидно, подразумевая под этим что-то плохое.

В подобном ключе выступил и премьер-министр Сербии, заявивший, что "украинизация Македонии" никому не поможет.

Вопрос в том, как долго продлится условное сходство с Майданом - только ли до стадии протестов или же есть реальные риски перерастания противостояния в кровавую бойню?

Как и в Киеве, вся полнота ответственности лежит на власти.

Время для полевых командиров или для переговоров?

В Македонии оружия очень много - 24 ствола на 100 душ населения, и это с учетом женщин, детей и пацифистов. И это только официально, без учета того, что албанцы и их славянские соседи массово попрятали после конфликта 2001 года.

Означает ли это, что будут стрелять? Скорее всего, нет.

Во-первых, здесь нет своего Януковича, готового отдать приказ начать стрелять первым. Президент в парламентской Македонии большую часть года - фигура церемониальная, нынешний премьер-министр на посту лишь три месяца, более того - с приставкой "исполняющий обязанности".

Не похоже, что даже в случае временного умственного помешательства властей силовики послушались бы и открыли огонь.

Скорее всего, они бы заняли нейтралитет. Как это случилось в соседней Сербии во время свержения Слободана Милошевича.

Балканский протест вообще не склонен к предельной радикализации, в соседней Болгарии полуторагодичный протестный марафон с требованием отставки всего на свете, завершился чем-то очень похожим на ничто. В Боснии и Герцеговине, когда дело запахло жареным, местный "беркут" просто начал брататься с протестующими.

Не похоже, чтобы Македония была готова порвать с традицией, а кто-нибудь во властных кабинетах мечтал проводить свои будущие пресс-конференции в Ростове.

Пока одни македонцы недовольны другими македонцами, основным оружием противостояния, скорее всего, останутся громкие лозунги, а также креативные плакаты на митингам и графитти на городских стенах.

Другое дело, если албанское меньшинство решит, что это удачный момент для активной борьбы за свои права. Все-таки этническое противостояние на Балканах – это особый жанр, с не самой приятной историей.

Фото AP

22 апреля Демократическая партия албанцев (ДПА) заявила, что настал момент показать, что не только македонцы, но и албанцы готовы бороться за свои права.

Полное равноправие – по словам албанских политиков – недостижимо без внесения изменений в конституцию, превращающих страну в  бинациональное государство македонцев и албанцев.

В этот же день албанцы провели митинг в поддержку озвученных требований, на котором, среди прочего, звучали слова поддержки в адрес ассоциации бывших комбатантов Освободительной народной армии – тех самых боевиков, которые в 2001 году пытались силой решить албанский вопрос в Македонии.

Но и в этом случае конфликтный потенциал произошедшего не стоит переоценивать.

Заявления албанских лидеров на самом деле не несут ничего нового, и являются продолжением их привычной риторики, успешно помогающей им собирать албанские голоса.

Бывшие полевые командиры были в свое время успешно встроены Груевским в существующий властный консенсус и являются такими же выгодоприобретателями существующей системы, как и политики от действующей власти.

То чего действительно стоит ожидать в ближайшее время – это усиление давление ЕС, которое, как и год назад скорей всего, пусть и не сразу, должно возыметь эффект.

Политики от власти должны сесть за один стол с политиками от оппозиции, и в какой-то форме включить в переговорный процесс политиков от улицы, чтобы вместе договорится о судьбе июньских парламентских выборов и в той или иной форме, возобновить расследование в деле о прослушивании.

С тем чтобы нормализовать ситуацию, хотя бы до следующей весны.

 

Автор: Артьом Георганов,

докторант Университета Софии по специальности "политология"

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua