Избирательное отрицание. Война России против ЕСПЧ

Четверг, 16 июля 2015, 17:25 — Дмитрий Вовк, юрист

На этой неделе Конституционный Суд Российской Федерации принял постановление, согласно которому решения Европейского Суда по правам человека (ЕСПЧ) должны исполняться в России с учетом верховенства Конституции РФ.

Таким образом, если какое-то решение ЕСПЧ противоречит российской конституции, то его можно не исполнять.

Это решение ожидалось давно, и в том, что оно будет именно таким, мало кто сомневался. Особенно с учетом решения ЕСПЧ по делу нефтяной компании ЮКОС, в котором Страсбургский суд обязал Россию выплатить его акционерам более 1,8 млрд евро.

Тем не менее, думать, что КС РФ озаботился противоречиями между российской Конституцией и решениями ЕСПЧ исключительно из-за нежелания выполнять решение по ЮКОСу, – значит несколько упрощать ситуацию.

В основу постановления КС РФ положен тезис о том, что участие страны в международном договоре не означает отказ от государственного суверенитета.

Если какие-либо положения Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод или решения ЕСПЧ противоречат Конституции, то реализация таких положений или выполнение решений будет нарушать государственный суверенитет России, что недопустимо. КС РФ также сослался на Венскую конвенцию о праве международных договоров 1969 года и практику высших судов европейских стран, которые исходят из  приоритета национальных конституций в случае конфликта с международно-правовыми нормами или решениями международных судов.

Ссылка на Венскую конвенцию является достаточно спорной, так как в статье 26 конвенции прямо указано, что положения внутреннего права государства не могут служить оправданием для невыполнения международного договора.

Что до европейских стран, то трения между национальными правовыми системами и правом ЕСПЧ, действительно, существуют.

Давним критиком ЕСПЧ является Великобритания, которая так и не выполнило решение по делу Херста о праве заключенных голосовать (в России было аналогичное дело Анчугова и Гладкова). А после того, как ЕСПЧ в деле Винтера и других признал нарушением прав человека назначение лицам, совершившим несколько убийств, наказания в виде пожизненного лишения свободы без права досрочного освобождения, в Британии серьезно обсуждался вопрос о денонсации Европейской конвенции.

Недовольство слишком сильным влиянием Страсбургского суда проявляют также Франция, Швейцария, а также страны, против которых выносится много решений ЕСПЧ (помимо России, это, например, Турция).

Тем не менее, между британским раздражением и постановлением КС РФ существует ряд отличий.

Доводы Соединенного Королевства связаны с тем, что ЕСПЧ неправильно решил ряд дел, усмотрев нарушение прав человека там, где их не было, а также влез в те сферы, которые должен был оставить на усмотрение государства.

Кроме того, британские юристы считают (и небезосновательно), что внутреннее право Соединенного Королевства устанавливает даже более высокий стандарт защиты прав человека, чем Европейская конвенция и практика ЕСПЧ, а значит такого рода вмешательство Страсбурга зачастую неоправданно.

При этом никто в Европе не пытается утверждать, что у государства есть право игнорировать права человека, апеллируя к государственному суверенитету.

В свою очередь, КС РФ обосновывает подход, согласно которому не выполнять решения ЕСПЧ можно будет со ссылкой на любой конституционной принцип. В этой связи, можно предположить, что абстрактно сформулированные конституционные нормы гипотетически способны позволить обосновать возможность отступления от любого решения ЕСПЧ, принятого против России.

Например, решения ЕСПЧ, связанные с дискриминационным законодательством, могут быть проигнорированы в связи с тем, что принятия, изменения и отмены нормативно-правовых актов - исключительное суверенное право Российской Федерации. Хочу – отменяю, хочу – нет.

Показателен и сам фон этих дискуссий.

В Соединенном Королевстве – это дело о праве заключенного, убившего нескольких человек, выйти на свободу на условиях досрочного освобождения, или дело об экстрадиции лица, подозреваемого в терроризме (дело "Отман (Абу Катаба) против Соединенного Королевства").

В России же – это дела Константина Маркина – одинокого отца, которому было отказано в отпуске по уходу за детьми, дело ЮКОСа, ожидаемые дела в связи с "Крымнаш" и множество подобных.

И в этом смысле здесь еще и вопрос репутации.

Критика ЕСПЧ со стороны стран с высоким уровнем гарантированности прав не может ставиться в один ряд с критикой со стороны государства, где ряд прав человека систематически и вполне осознанно нарушается.

Открытым остается вопрос – так зачем же понадобилось такое постановление КС РФ?

Мне не кажется, что речь идет о глобальном отказе от выполнения решений ЕСПЧ. Собственно, и сам КС РФ не обошелся без указания на то, что Европейская конвенция, частью которой являются и решения ЕСПЧ, и Конституция России построены на общих ценностях и противоречий между ними, как правило, не возникает.

Это постановление нужно для того, чтобы игнорировать те решения, которые, по каким-то соображениям, будут для России неприемлемыми.

Решение о компенсации ЮКОСа неприемлемо не только в силу суммы выплат в пользу акционеров, но самой истории разгрома нефтяной компании лицами, близкими к сегодняшнему Президенту России.

Возможные решения, связанные с Крымом, не будут исполняться, так как Россия считает, что аннексия полуострова произошла без нарушения норм международного права.

Возможные решения по Донбассу, где Россия может быть признана стороной, фактически контролирующей территории "ДНР" и "ЛНР", недопустимы, ведь, как всем известно, российских войск там нет.

Отдельная тема – защита ЕСПЧ прав ЛГБТ-сообщества. Подобные решения плохо совместимы с пресловутыми "духовными скрепами", поэтому их исполнение или использование российскими судами представить невозможно.

Постановление российского Конституционного суда  создает юридический инструмент избирательного исполнения решений ЕСПЧ.

Там, где речь идет о незначительной по меркам российского бюджета компенсации, эти решения будут исполняться. Там же, где решения ЕСПЧ будут признаны политическими, экономическими, морально вредными, Россия будет их игнорировать.

Подобная идея, кстати, положена в основу многих репрессивных норм внутреннего российского права. Знаменитая статья 282 Уголовного кодекс РФ (возбуждение ненависти к лицу или группе лиц), на основании которой возбуждались уголовные дела против блогеров, критиковавших полицию или РПЦ, законы против экстремистской деятельности или пропаганды гомосексуализма, законодательство об иностранных агентах или интернет-цензуре и т.п. не рассчитаны на тотальное применение, требующее значительных организационных и человеческих ресурсов.

Эти акты имеют целью создать основу для расправы с любым лицом, попавшим в поле зрения государства. Будь-то слишком рьяный оппозиционер, непонятливый бизнесмен, неправильная компания, зарвавшийся ученый или журналист – всем найдется нужная статья, как только кому-то из носителей власти или их клиентов это будет нужно.

Не стоит также забывать, что и сейчас Россией (как, кстати, и Украиной) исполняются далеко не все решения ЕСПЧ. Выплата справедливой компенсации, чаще всего, составляет только часть решения.

Государства, против которых выносятся решения ЕСПЧ, также должны принять меры к устранению нарушений прав человека и предотвратить подобные нарушения в дальнейшем: провести надлежащее расследование, обеспечить выполнение судебного решения, пересмотреть дискриминационное законодательство и т.п. А с этим в Российской Федерации и Украине всегда было больше проблем, чем с выплатой компенсации в несколько тысяч евро.

В конце стоит упомянуть еще один момент. Неверно считать, что постановление КС РФ от 14.07.2015 года было достигнуто исключительно вследствие некоего приказа или желания условного Путина.

Конечно, КС РФ интегрирован в российскую конструкцию власти и живет по ее правилам. Поэтому во всех делах, где есть политическая составляющая, суд займет нужную власти и лично Путину позицию. С другой стороны, в этом суде собраны достаточно неплохие юристы, которые в делах, где политики нет, способны продуцировать вполне разумные и последовательные решения.

Я не знаю, консультировались ли с "руководящими товарищами" из Кремля председатель КС РФ Валерий Зорькин или докладчик по делу о решения ЕСПЧ Сергей Маврин. Вполне возможно, какие-то контакты были.

Тем не менее, публичные выступления и статьи самого Зорькина и ряда его коллег дают основания предполагать, что постановление отражает их действительное представление о ситуации. Зорькин, как рассказывают знакомые с ним люди, действительно живет в парадигме России как "осажденной крепости" и духовных скреп, которые любой ценой необходимо уберечь от тлетворного влияния Запада.

Можно по-разному относиться к таким убеждениям, но они совершенно точно не являются чистой конъюнктурой.

В свою очередь, подобная идеология, безусловно, совместима с тезисами о приоритете интересов государства над правами человека и примате политической ситуации над юридическими правилами, особенно в вопросах геополитики, хотя текст Конституции России, написанный в других общественных условиях, исходит из прямо противоположного.

Такая уверенность судей КС РФ и их готовность отстаивать подобный подход – еще один маленький штрих к тому, что проблемы во взаимоотношениях Украины и России не исчерпываются Путиным и его ближайшим окружением и не исчезнут, когда эти люди уйдут из власти.

 

Автор:

Дмитрий Вовк,

юрист, кандидат юридических наук,
Харьков

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции.
powered by lun.ua